Советская подлодка К162 прозванная «Золотой Рыбкой» была единственным реализованным экземпляром проекта 661 «Анчар», который получил название Папа (Papa) по западной классификации. Изначально спроектированная как исключительно скоростная ядерная подлодка под крылатые ракеты П-70 Аметист, 10 штук которых размещались в индивидуальных контейнерах между вешним и внутренним титановыми корпусами.
ПЛАРК пр.661 по своим ходовым и маневренным качествам не имела аналогов ни в советском, ни в зарубежных флотах и послужила несомненным предшественником ПЛА второго и третьего поколений с крылатыми ракетами на борту и титановыми корпусами.

В декабре 1959 года было принято постановление ЦК КПСС и Совмина СССР “О создании новой скоростной подводной лодки, новых типов энергетических установок и научно-исследовательских, опытно-конструкторских и проектных работ для подводных лодок.” В соответствии с этим постановлением в ЦКБ-16 (ныне СПМБМ “Малахит”) началась работа по проектированию высокоскоростной ПЛАРК второго поколения с титановым корпусом, АЭУ второго поколения и крылатыми ракетами, стартующими из-под воды пр.661, шифр “Анчар”.

В начале 50-х годов XX века военно-политические доктрины сверхдержав обосновывали построение двух основных систем: аэрокосмической для завоевания превосходства в воздухе и космосе, а также морской, обеспечивающей ракетный щит. Необходимым условием решения первой задачи был прорыв в области создания материалов с высокой удельной прочностью для всех типов летательных аппаратов. Ведущим направлением в этой области являлась технология производства изделий из титановых сплавов. Известно, что американский инженер Кроль запатентовал метод получения компактного титана в 1940 году.

Уже через несколько лет производство титана было освоено в СССР, причем на более высоком уровне. На Украине, Урале, в Казахстане были созданы производства по получению титановых концентратов и губчатого титана марок ТГ-1, ТГ-2. При этом советские специалисты, как правило, шли оригинальным путем. В Гиредмете (ныне ОАО «Гиредмет» ГНЦ РФ, ведущая научно-исследовательская и проектная организация материаловедческого профиля) и на Подольском химико-металлургическом заводе с привлечением ученых ЦНИИ КМ «Прометей» были разработаны различные технологии производства слитков. К середине 1955 года специалисты пришли к окончательному выводу: плавить титан нужно в дуговых печах, предложенных «Прометеем». Затем эту технологию передали на Верхне-Салдинский металлообрабатывающий завод (ВСМОЗ) в городе Верхняя Салда на Урале.

Для строительства подводной лодки длиной около 120 метров необходима была радикальная перестройка титановой индустрии. Инициатором в этом направлении выступило руководство ЦНИИ КМ «Прометей» – директор Георгий Ильич Капырин и главный инженер Игорь Васильевич Горынин, их решительно поддержал министр судостроительной промышленности Борис Евстафьевич Бутома. Эти люди проявили огромную дальновидность и гражданское мужество, принимая такое эпохальное решение. В качестве объекта для применения титана выбрали проект 661 разработки СПМБМ «Малахит» (в те времена ЦКБ-16). Одной из целей была отработка применения ПКР П-70 «Аметист» – первой в мире противокорабельной крылатой ракеты с «мокрым» стартом. Авторы проекта подлодки – Н. Н. Исанин, Н. Ф. Шульженко, В. Г. Тихомиров встретили предложение о его переработке в титановом исполнении без всякого энтузиазма. Титан для них был полной неизвестностью: меньший, чем у стали, модуль упругости, «холодная» ползучесть, иные методы сварки, полное отсутствие опыта применения в морских условиях. В таком же положении находились специалисты ЦНИИ имени академика А. Н. Крылова, ЦНИИ технологии судостроения, работники судостроительных верфей.

Тем не менее в 1958 году началась кардинальная перестройка титановой индустрии в стране. В ЦНИИ КМ «Прометей» появилось соответствующее подразделение – вначале отдел № 8, а затем отделы №№ 18, 19. Команда видных ученых создала научное направление – морские титановые сплавы. Коллективы титаномагниевых комбинатов Запорожского (ЗТМК) и Березниковского (БТМК) совместно со специалистами Всесоюзного алюминиево-магниевого института (ВАМИ), Гиредмета и при активном участии ученых ЦНИИ КМ «Прометей» провели большую работу по совершенствованию технологии производства титановой губки. Отечественная промышленность смогла производить крупные слитки массой четыре – шесть тонн для подлодок. Это была крупная победа. Следующей решалась проблема получения бездефектных слитков высокого качества.

Источников для появления дефектов материала много – неправильный режим плавки, твердосплавные включения (карбиды вольфрама, окисленная губка, высокое содержание отходов в электродах и т. д.), усадочная рыхлость и возникновение раковин. Все эти сложности больших масс перешли к металлургам от «авиаторов». После реорганизации индустрии увеличивались объемы производства, размеры и развесы слитков. Их масса достигала четырех тонн и более.

Неоценимую помощь оказал Владимиров. На совещании в Госплане он доходчиво объяснил, что ЦНИИ КМ «Прометей» не только решает задачу повышения прочности сплава, но учитывает свариваемость, технологичность, агрессивность среды и многие другие факторы. Поэтому его решение по легированию ванадием правильное. Впоследствии идея создания группы сплавов Ti–Al–V постоянно поддерживалась учеными авиационной промышленности. В конце концов сплав марки 48-ОТЗВ обрел права гражданства. С этого момента проблема ванадиевых лигатур стала главной для наших металлургов. Прошло немного времени, и было организовано их производство в Узбекистане и Таджикистане (Ленинабад, Чорух-Дайрон). Таким образом, наша страна перестала зависеть от поставок из-за границы.

Пока специалисты ЦНИИ КМ «Прометей» решали свои задачи на рудном, металлургическом, сварочном и других производствах, корабль строился и рос день ото дня. Главный конструктор по корпусу Н. И. Антонов ввел за правило минимум раз в два-три месяца бывать в цехе и участвовать в работе бригады, курирующей ход строительства.

Обычно это было и серьезно, и смешно. В те времена надевать каску при входе в зону работ было необязательно, и Антонов ею не пользовался. А лысина у него была, как солнечный диск. В это время возникла проблема «тычков». На корпус лодки изнутри приваривалось множество скобок для размещения на них кабелей и труб. Их было тысячи. Швы считались малоответственными, но наши сварщики относились к ним серьезно, так как если в этом шве будет окисление, то в прочном корпусе возникнет трещина и это может плохо кончиться. Как потом выяснилось, он хорошо понимал это и старался осмотреть шов приварки каждого «тычка». И вот, переходя из отсека в отсек, он выпрямлялся, ударяясь головой о «тычок», приваренный к перегородке или пайоле на борту, так что на лысине появлялась очередная ранка. Вначале это вызывало смех и у него, и у нас, его сопровождавших. Но когда мы проходили два-три отсека и на голове его появлялись кровоточащие раны, это было уже не смешно, но тем не менее он готов был целыми днями лазать по отсекам, забираясь в самые потаенные уголки, перепроверяя работу контролеров и сварщиков. У него было высокое чувство ответственности как главного конструктора корпуса первой в мире цельнотитановой подводной лодки.

А на заводе все прекрасно понимали, что при постройке такого сложного инженерного сооружения, как корпус подлодки из совершенно нового материала, требовался новый подход. Надо отдать должное – директор СМП Е.П.Егоров, его заместители, конструкторы, строители, цеховые работники приложили много усилий для создания небывалого производства.

Цех № 42 стал поистине полигоном новизны: ежедневное мытье полов, отсутствие сквозняков, освещенность, чистая одежда сварщиков и других рабочих, высокая культура производства стали его отличительным признаком. Большой вклад в становление цеха внес Р.И.Утюшев – замначальника цеха по сварке. Много умения и души вложили в это дело замечательные специалисты – северяне Ю.Д.Каинов, М.И.Горелик, П.М.Гром, военпред Ю.А.Беликов, А.Е. ейпурт и многие другие – технологи, мастера, рабочие.
В результате было создано самое совершенное сварочное производство с аргоногелиевой защитой. Аргонодуговая, ручная, полуавтоматическая, автоматическая и другие способы сварки стали обычными для всех работников цеха. Здесь были отработаны сварка погруженной дугой, сварка в «щель» (без разделки), требования к качеству аргона (точка росы), появилась новая профессия – сварщик по защите обратной стороны шва (поддувальщик).
Возникла новая концепция проектирования оболочковых конструкций: исключаются «жесткие» окончания, появляются «мягкие» кницы, плавные переходы от жестких деталей к упругоподатливым и т. д. Эта идея в полной мере была реализована затем В.Г.Тихомировым и В.В.Крыловым при проектировании ПК ПЛА проекта 705 «Лира» (по кодификации НАТО – «Альфа»). С учетом опыта Н.И.Антонова их корпус оказался идеальным. Но после всех сложностей корпус ПЛА проекта 661 был доведен до совершенства и все блоки прошли испытания.

Проект «Анчар» был необычен не только корпусом из титанового сплава. На лодке впервые были применены ПКР «Аметист» с подводным стартом и забортным расположением шахт, созданы гидроакустическая станция и гидроакустический комплекс, которые в сочетании с торпедными аппаратами предопределили совершенно новую форму носовой оконечности – шаровую вместо привычно остроносой. Это логично привело к каплевидной форме корпуса до кормы. Двухреакторная ГЭУ с двумя ГТЗА и двумя линиями гребных валов привела к новой форме кормовой оконечности (т.н. штаны), когда два длинных конуса заканчивались гребными винтами. Изящное ограждение рубки, кормовой стабилизатор придавали кораблю элегантно-красивый вид. В нем было хорошо и внутри: cияющие чистотой кают-компания, комната отдыха, душевая, сауна, титановые унитазы. Антонов очень гордился тем, что на подлодке созданы условия для экипажа не хуже, чем на надводном корабле. Это подтвердил командир лодки, который служил на ней с момента постройки, ходил и в Арктику, и в Антарктиду, и в Карибское море, и в Тихий океан.

Фото: Николай Никитич Исанин советский учёный и конструктор в области кораблестроения, главный конструктор ЦКБ-16, доктор технических наук, профессор Главный конструктор дизель-электрической подводной лодки с баллистическими ракетами проекта 629

Корабль предназначался для нанесения ударов крылатыми ракетами и торпедами по крупным надводным кораблям противника. ПЛАРК планировалось использовать также для отработки новых конструкционных материалов (титанового сплава для корпуса ПЛ) и проверки новых образцов вооружения и технических средств. В начале 1960 г. был представлен и утвержден постановлением Совмина СССР предэскизный проект и основные тактико-технические элементы ПЛАРК, в мае того же года – эскизный проект. Одновременно было подтверждено запрещение использовать на проектируемой ПЛА ранее освоенную технику, оборудование, системы автоматики, приборы и материалы. Этим хотя и стимулировался поиск новых технических решений, но, одновременно, удлинялись сроки проектирования и строительства ПЛАРК, что в какой-то степени предопределяло судьбу корабля и было очередным проявлением волюнтаризма высшего руководства. В 1961 г, после утверждения технического проекта, начался выпуск рабочих чертежей, а уже в следующем – 1962 г. началось изготовление на СМП первых корпусных конструкций из титана, который впервые применялся в мировом подводном кораблестроении. При решении использовать титан принимались во внимание его антикоррозийность, маломагнитность и высокая прочность, хотя технологической базы по его производству не было – она создавалась одновременно с постройкой лодки.

Вооружение ПЛА включало 10 ПКР “Аметист” в 10 контейнерах размещенных вне прочного корпуса по пять с каждого борта и четырех носовых 533-мм ТА. Осознав невысокую эффективность ПЛАРК первого поколения, главным образом, по причине надводного старта ПКР, руководство ВМФ начало торопить ОКБ-52 В.Н.Челомея с быстрейшей разработкой ПКР с подводным стартом. Эти работы хотя и велись с конца 50-х годов, но до их завершения было далеко. Главная проблема была в выборе двигателя для ПКР. Из всех возможных, реальными были только жидкостной или твердотопливный реактивный двигатель. Только они могли работать под водой. Заставить турбореактивный двигатель сразу после выхода из воды ПКР запуститься и выйти на номинальный режим тогда еще не умели. В окончательном варианте выбрали для ПКР твердотопливный двигатель. Работы по созданию новой ПКР “Аметист” начались в начале 60-х годов и завершились принятием ее на вооружение лишь в 1968 г.
Для вооружения ПЛАРК проекта 661 впервые в мире была создана низколетящая ПКР с подводным стартом. Поскольку ТРД ПКР типа «П-6» не мог быть запущен и работать под водой у ракеты с подводным стартом необходимо было обеспечить запуск и вывод на рабочий режим маршевого ТРД в полете после выхода ПКР на поверхность при стрельбе с погруженной ПЛ. Однако в 60-е годы эта проблема не была решена и разработчиком ПКР «Аметист» ОКБ-52 в качестве маршевого и стартовых двигателей новой ПКР были приняты РДТТ. Это обеспечило возможность ракете «Аметист» стартовать из заполненного водой контейнера с «глухим» задним днищем (без задней БР из ракетной шахты. Однако, из-за меньшей экономичности РДТТ по сравнению с ТРД дальность полета КР «Аметист» оказалась значительно меньшей, чем КР типа «П-6». Дозвуковой была и скорость полета новой ракеты. Дальности стрельбы: 40-60 км и 80 км. что позволяло осуществлять целеуказание средствами самой лодки. Ракета оснащалась фугасно-кумулятивной боевой частью весом около 1,000 кг или ядерной боевой частью.

ПЛАРК 661-го проекта имела двухкорпусную архитектуру. Прочный корпус, выполненный из титанового сплава, делился на девять отсеков:

1-й (верхний) и 2-й (нижний) отсеки, имеющие в сечении форму восьмерки, образованной двумя пересекающимися окружностями диаметром 5,9 м каждая (в них размещались торпедные аппараты с запасным боекомплектом и устройством быстрого заряжания) и пост управления ПКР. Во 2-м – первая группа АБ, аппаратура гидроакустики и трюмный пост.
3-й — жилые помещения, пищеблок, кают-компания, вторая группа АБ;
4-й — ЦП, пост ГЭУ, жилой блок;
5-й — реакторный;
6-й — турбинный;
7-й — турбогенераторный и ГрЩ;
8-й — отсек вспомогательных механизмов (рефрижераторы, компрессорные машины, водоопреснительная установка, ОП);
9-й — рулевые приводы и трюмный пост.

Кормовая оконечность лодки была выполнена раздвоенной в виде двух осесимметричных конических обтекателей валов с расстоянием между ними порядка 5 м. Гидродинамическая оптимизация формы кормовой оконечности была достигнута за счет ее удлинения с малыми углами схода ватерлинии в диаметральной плоскости и применения удлиненных гребных валов с обтекателями, допускающими установку гребных винтов оптимального диаметра для заданной частоты вращения.

Энергетическая установка мощностью 80,ООО л.с. (на валах) включала две АЭУ (правого и левого бортов). Каждая состояла из АППУ В-5Р, ГТЗА-618 и АТГ переменного трехфазного тока ОК-3 мощностью 2х3,000 кВт, Номинальная тепловая мощность двух водо-водяных ЯР типа составляла 2х177,4 МВт, а паропроизводительность ППУ при номинальной мощности реактора 2 х 250 т пара в час.

Реакторы, разработанные для лодки 661-го проекта, имели ряд оригинальных особенностей, В частности, прокачка теплоносителя первого контура осуществлялась по схеме «труба в трубе», что обеспечивало компактность ЯЭУ при высокой тепловой напряженности. При этом реакторы работали не только на тепловых нейтронах, но и с участием реакции деления ядерного «топлива» быстрых нейтронов. Для питания основных потребителей электрической энергии был принят переменный трехфазный ток напряжением 380 В и частотой 50 Гц. Существенным нововведением стал отказ от использования дизель-генераторов: в качестве аварийного источника использовалась мощная аккумуляторная батарея, состоящая из двух групп серебряно-цинковых аккумуляторов типа 424-Ш по 152 элемента каждая.

На борту корабля имелся всеширотный навигационный комплекс «Сигма-661», обеспечивающий подводное и подледное плавание. Автоматическое управление кораблем осуществлялось посредством системы управления по курсу и глубине «Шпат», система предотвращения аварийных дифферентов и провалов «Турмалин», а также система управления общекорабельными системами, устройствами и забортными отверстиями «Сигнал-661».

Гидроакустический комплекс МГК-300 «Рубин» обеспечивал обнаружение шумящих целей при одновременном автоматическом сопровождении двух из них с выдачей данных в системы управления ракетным и торпедным оружием. Обеспечивалось круговое обнаружение сигналов ГАС противника, работающих в активном режиме, а также их опознавание с определением пеленга и дистанции. Для обнаружения якорных мин корабль имел ГАС «Радиан-1». Для наблюдения за воздушной и надводной обстановкой ПЛ была оснащена зенитным светосильным перископом ПЗНС-9 с оптическим вычислителем координат. Подъемное устройство позволяло поднимать перископ с глубины до 30 м при скорости до 10 узлов и волнении до 5 баллов. Имелись РЛС РЛК-101 и МТП-10, а также система определения государственной принадлежности «Нихром». Для двухсторонней сверхбыстродействующей засекреченной радиосвязи с береговыми командными пунктами, другими кораблями и взаимодействующими с GKF самолетами имелась современная (по меркам 1960-х гг.) аппаратура радиосвязи. Корабль был оснащен системой радиоразведки, обеспечивающей поиск, обнаружение и пеленгование работающих радиостанций противника.

Легкий корпус имел в поперечном сечении круговую форму с кормовой оконечностью типа “раздвоенная корма” с разнесенными гребными винтами (позднее подобная схема расположения винтов будет заимствована на лодки пр.949 и 949А). Носовая часть прочного корпуса состояла из двух цилиндров диаметром 5500-мм каждый, расположенных друг над другом, образующих “восьмерку” в поперечном сечении. Остальная часть прочного корпуса имела цилиндрическую форму с максимальным диаметром 9,000 мм. Носовая часть “восьмерки” делилась между собой на два отсека прочной платформой, причем верхний цилиндр являлся первым отсеком, а нижний – вторым. Кормовая часть “восьмерки – третий отсек – отделяется от первых двух поперечной переборкой и пристыковывался к четвертому, имеющему цилиндрическую форму. Далее цилиндрический корпус делился прочными поперечными переборками на 6 отсеков (см. выше). 10 контейнеров с ПКР – побортно с постоянным углом возвышения в межбортном пространстве в районе первых трех отсеков, используя разницу в диаметрах “восьмерки” и остального цилиндрического прочного корпуса. Носовые горизонтальные рули располагались в носовой части корпуса, ниже ватерлинии, и заваливались в легкий корпус.

Строительство ПЛ продолжалось почти 10 лет. Это объясняется задержками в поставках титана, различного комплектующего оборудования, длительным циклом создания ракетного комплекса, принятого на вооружение лишь в 1968г. Как оказалось, титановый корпус требует других методик расчетов прочности, нежели стальной – неучет этого привел к срыву гидравлических испытаний некоторых блоков корабля. Лодка обошлась флоту очень дорого, за что получила прозвище “Золотая рыбка”.

Тем не менее, на государственных испытаниях в 1969 г, ПЛ при 80% мощности ГЭУ показала скорость подводного хода в 42 узла вместо 38, предусмотренных спецификационными требованиями, а после передачи ПЛ флоту при испытаниях на мерной миле в 1971 г., ПЛ достигла на полной мощности реакторов скорости 44.7 узла, что и по сей день не превзойдено ни одной ПЛА мира. На таких скоростях обнаружились явления, до сих пор не отмечавшиеся на ПЛ – при скорости более 35 узлов появился внешний гидродинамический шум, созданный турбулентным потоком при обтекании корпуса ПЛА, причем его уровень достигал 100 децибел в центральном посту лодки. За свои скоростные качества лодка очень нравилась Главнокомандующему ВМФ СССР адмиралу С.Г.Горшкову (Подводная лодка проекта 661 «Анчар» К-222 занесена в Книгу рекордов Гиннесса как самая быстрая подводная лодка в мире. Это достижение не превзойдено до сих пор нигде в мире).

ПЛАРК пр.661 по своим ходовым и маневренным качествам не имела аналогов ни в советском, ни в зарубежных флотах и послужила несомненным предшественником ПЛА второго и третьего поколений с крылатыми ракетами на борту и титановыми корпусами. Однако затяжка с вводом корабля в строй, ряд тактических недостатков ракетного комплекса, значительная шумность ПЛА, конструктивные недоработки ряда приборов и недостаточный ресурс основных механизмов и оборудования корабля, вступление в строй ПЛА второго поколения других проектов, привели к решению об отказе от серийного строительства ПЛАРК пр.661. Лодка вошла в состав Северного флота и с января 1970 г. по декабрь 1971 г. находилась в опытной эксплуатации, после чего была переведена в боевой состав, однако совершила всего несколько боевых походов ввиду низкой надежности механизмов и оборудования. Прошла ряд длительных ремонтов. В 1988 году была выведена в резерв, а в начале 90-х годов списана из состава флота.

Разборка лодки началась в Марте 2010 на Севмаше, единственном предприятии которое имеет производственные возможности для выполнения работ по утилизации титанового корпуса ПЛА.

Источники:
http://topwar.ru/22880-rozhdenie-morskogo-titana.html
http://moremhod.info/index.php?option=com_content&view=article&id=188&Itemid=57&limitstart=7
http://project-941.narod.ru/techno/submarines/project_661/project_661.html
http://nnm.ru/blogs/lomtik3/proshay_zolotaya_rybka/

23 сентября 1980 года на судостроительной верфи города Северодвинска, на гладь Белого моря была спущена первая советская подводная лодка класса «Акула». Когда корпус ее был еще в стапелях, на его носу, ниже ватерлинии, виднелась нарисованная оскалившаяся акула, которая обвивала трезубец. И хотя после спуска, когда лодка встала на воду, акула с трезубцем скрылась под водой и больше ее никто не видел, в народе крейсер уже окрестили «Акулой». Все последующие лодки этого класса продолжали именовать так же, а для их экипажей была введена особая нарукавная нашивка с изображением акулы. На Западе же лодке присвоили кодовое имя «Typhoon». Впоследствии Тайфуном эту лодку стали называть и у нас. Так, Леонид Ильич Брежнев, выступая на XXVI съезде партии, заявил: «Американцами создана новая подводная лодка „Огайо“ с ракетами „Трайдент“. Аналогичная система — „Тайфун“ имеется и у нас».

Фото 2.

В начале 70-х годов в США (как писали западные СМИ, «в ответ на создание в СССР комплекса Delta») началась реализация крупномасштабной программы «Трайдент», предусматривающей создание новой твердотопливной ракеты с межконтинентальной (более 7000 км) дальностью, а также ПЛАРБ нового типа, способной нести 24 таких ракеты и обладающей повышенным уровнем скрытности. Корабль водоизмещением 18.700 т обладал максимальной скоростью 20 узлов и мог выполнять ракетные пуски на глубине 15-30 м. По своей боевой эффективности новая американская система оружия должна была значительно превзойти отечественную систему 667БДР/Д-9Р, находившуюся в то время в серийном производстве. Политическое руководство СССР потребовало от промышленности «адекватного ответа» на очередной американский вызов.
Тактико-техническое задание на тяжелый атомный подводный ракетный крейсер—проект 941 (шифр «Акула») — было выдано в декабре 1972 г. 19 декабря 1973 г. правительство приняло постановление, предусматривающее начало работ по проектированию и строительству нового ракетоносца. Проект разрабатывался ЦКБ «Рубин», возглавляемым генеральным конструктором И.Д. Спасским, под непосредственным руководством главного конструктора С.Н. Ковалева. Главным наблюдающим от ВМФ был В.Н. Левашов.
«Перед конструкторами стояла непростая техническая задача — разместить на борту 24 ракеты весом почти 100 тонн каждая, — рассказывает генеральный конструктор проектов ЦКБ МТ «Рубин» С.Н. Ковалев. — После множества проработок ракеты решено было расположить между двумя прочными корпусами. Аналогов такому решению в мире нет». «Такую лодку мог построить только Севмаш», — говорит начальник управления Министерства обороны А.Ф. Шлемов. Строительство корабля велось в самом большом эллинге — цехе 55, которым руководил И.Л. Камай. Применяли принципиально новую технологию постройки — агрегатно-модульный метод, что позволило значительно сократить сроки. Сейчас этот метод применяется во всем, и подводном и надводном кораблестроении, но для того времени это был серьезный технологический прорыв.

Фото 3.

Фото 4.

Бесспорные эксплуатационные преимущества, продемонстрированные первой отечественной морской баллистической ракетой на твердом топливе Р-31, а также американский опыт (к которому в советских высших военных и политических кругах всегда относились с большим уважением) обусловили категорическое требование заказчика оснастить подводный ракетоносец 3-го поколения твердотопливными ракетами. Применение таких ракет позволяло существенно сократить время предстартовой подготовки, устранить шумность ее проведения, упростить состав корабельного оборудования, отказавшись от ряда систем — газоанализа атмосферы, заполнения кольцевого зазора водой, орошения, слива окислителя и т.п.
Предварительная разработка нового межконтинентального ракетного комплекса для оснащения подводных лодок началась в КБ Машиностроения под руководством главного конструктора В.П. Макеева в 1971 году. Полномасштабные работы по РК Д-19 с ракетами Р-39 были развернуты в сентябре 1973 г., практически одновременно с началом работ над новой ПЛАРБ. При создании этого комплекса впервые была предпринята попытка унификации ракет подводного и наземного базирования: Р-39 и тяжелая МБР РТ-23 (разрабатываемая в КБ «Южное») получили единый двигатель первой ступени.

Фото 7.

Уровень отечественных технологий 70-80-х годов не позволял создать твердотопливную баллистическую межконтинентальную ракету большой мощности в габаритах, близких к габаритам предшествующих жидкостных ракет. Рост размеров и веса оружия, а также массогабаритные характеристики нового радиоэлектронного оборудования, увеличившиеся по сравнению с РЭО предшествующего поколения в 2,5-4 раза, привели к необходимости принятия нетрадиционных компоновочных решений. В результате был спроектирован оригинальный, не имеющий мировых аналогов тип подводной лодки с двумя прочными корпусами, расположенными параллельно (своеобразный «подводный катамаран»). Кроме всего прочего, подобная «сплющенная» в вертикальной плоскости форма корабля диктовалась ограничениями по осадке в районе Северодвинского судостроительного завода и ремонтных баз Северного флота, а также технологическими соображениями (требовалось обеспечить возможность одновременной постройки двух кораблей на одной стапельной «нитке»).
Следует признать, что выбранная схема являлась в значительной мере вынужденным, далеко не оптимальным решением, приведшим к резкому увеличению водоизмещения корабля (что дало повод к возникновению иронического прозвища лодок 941-го проекта — «водовозы»). В то же время она позволила повысить живучесть тяжелого подводного крейсера за счет разнесения энергетической установки по автономным отсекам в двух раздельных прочных корпусах; улучшить взрыво- и пожаробезопасность (удалив ракетные шахты из прочного корпуса), а также размещение торпедного отсека и главного командного поста в изолированных прочных модулях. Несколько расширились и возможности по проведению модернизации и ремонта лодки.

Фото 8.

При создании нового корабля была поставлена задача расширения зоны его боевого применения подо льдами Арктики вплоть до предельных широт за счет совершенствования навигационного и гидроакустического вооружения. Для пуска ракет из-под арктического «ледового панциря» лодка должна была всплывать в полыньях, проламывая ограждением рубки лед толщиной до 2-2,5 м.
Летные испытания ракеты Р-39 проводились на опытовой дизель-электрической подводной лодке К-153, переоборудованной в 1976 году по проекту 619 (она была снабжена одной шахтой). В 1984 году, после серии интенсивных испытаний, ракетный комплекс Д-19 с ракетой Р-39 был официально принят на вооружение ВМФ.
Строительство подводных лодок проекта 941 осуществлялось в Северодвинске. Для этого на Северном машиностроительном предприятии пришлось соорудить новый цех — самый большой крытый эллинг в мире.
Первым ТАПКР, вступившим в строй 12 декабря 1981 г., командовал капитан 1 ранга А.В. Ольховников, удостоенный за освоение столь уникального корабля звания Героя Советского Союза. Предполагалось строительство крупной серии тяжелых подводных крейсеров 941-го проекта и создание новых модификаций этого корабля с увеличенными боевыми возможностями.

Фото 9.

Однако в конце 80-х годов по экономическим и политическим соображениям от дальнейшей реализации программы было решено отказаться. Принятие этого решения сопровождалось острыми дискуссиями: промышленность, разработчики лодки и часть представителей ВМФ выступали за продолжение программы, в то время как Главный штаб ВМФ и Генеральный штаб ВС выступали за прекращение строительства. Главная причина заключалась в сложности организации базирования столь крупных подводных кораблей, вооруженных не менее «внушительными» ракетами. В большинство существующих пунктов базирования «Акулы» просто не могли войти из-за их стесненности, а ракеты Р-39 могли транспортироваться почти на всех этапах эксплуатации лишь по железнодорожной колее (по рельсам они подавались и на причал для погрузки на корабль). Погрузка ракет должна была осуществляться специальным сверхмощным краном, являющимся уникальным в своем роде инженерным сооружением.
В результате было решено ограничиться строительством серии из шести кораблей проекта 941 (т. е. одной дивизии). Недостроенный корпус седьмого ракетоносца — ТК-210 — был разобран на стапеле в 1990 году. Следует заметить, что несколько позже, в середине 90-х годов, прекратилась реализация и американской программы строительства подводных ракетоносцев типа «Огайо»: вместо планировавшихся 30 ПЛАРБ ВМС США получили лишь 18 атомоходов, из которых в строю к началу 2000-х годов решено оставить лишь 14.

Фото 10.

Конструкция подводной лодки 941-го проекта выполнена по типу «катамаран»: два раздельных прочных корпуса (диаметром 7,2 м каждый) расположены в горизонтальной плоскости параллельно друг другу. Кроме того, имеется два отдельных герметичных капсулы-отсека — торпедный отсек и расположенный между главными корпусами в диаметральной плоскости модуль управления, в котором находится центральный пост и размещенный за ним отсек радиотехнического вооружения. Ракетный отсек находится между прочными корпусами в передней части корабля. Оба корпуса и капсулы-отсеки соединены между собой переходами. Общее число водонепроницаемых отсеков —19.
У основания рубки, под ограждением выдвижных устройств, расположены две всплывающие спасательные камеры, способные вместить весь экипаж подводной лодки.
Отсек центрального поста и его легкое ограждение смещены в сторону кормы корабля. Прочные корпуса, центральный пост и торпедный отсек выполнены из титанового сплава, а легкий корпус — из стали (на его поверхность нанесено специальное гидроакустическое резиновое покрытие, повышающее скрытность лодки).
Корабль имеет развитое кормовое оперение. Передние горизонтальные рули расположены в носовой части корпуса и выполнены убирающимися. Рубка снабжена мощными ледовым подкреплениями и крышей округлой формы, служащей для взламывания льда при всплытии.

Фото 11.

Для экипажа лодки (состоящего в своей большей части из офицеров и мичманов) созданы условия повышенного комфорта. Офицерский состав разместили в относительно просторных двух- и четырехместных каютах с умывальниками, телевизорами и системой кондиционирования воздуха, а матросов и старшин — в маломестных кубриках. Корабль получил спортивный зал, плавательный бассейн, солярий, сауну, салон для отдыха, «живой уголок» и т. п.
Энергетическая установка 3-го поколения номинальной мощностью 100.000 л. с. выполнена по блочному принципу компоновки с размещением автономных модулей (унифицированных для всех лодок 3-го поколения) в обоих прочных корпусах. Принятые компоновочные решения позволили уменьшить габариты ЯЭУ, увеличив при этом ее мощность и улучшив другие эксплуатационные параметры.
ГЭУ включает два водоводяных реактора на тепловых нейтронах ОК-650 (по 190 мВт каждый) и две паровые турбины. Блочная компоновка всех агрегатов и комплектующего оборудования, помимо технологических преимуществ, позволила применить и более эффективные меры по виброизоляции, снижающие шумность корабля.
Атомная энергетическая установка оснащена системой безбатарейного расхолаживания (ББР), которая автоматически вводится в действие при исчезновении электропитания.

Фото 12.

По сравнению с предшествующими атомными подводными лодками существенно изменилась система управления и защиты реактора. Внедрение импульсной аппаратуры позволило контролировать его состояние при любом уровне мощности, в том числе и в подкритическом состоянии. На компенсирующие органы установлен механизм «самохода», который при исчезновении электропитания обеспечивает опускание решеток на нижние концевики. При этом происходит полное «глушение» реактора, даже при опрокидывании корабля.
Два малошумных семилопастных гребных винта фиксированного шага установлены в кольцевых насадках. В качестве резервных средств движения имеется два электродвигателя постоянного тока мощностью по 190 кВт, которые подключаются к линии главного вала посредством муфт.
На борту лодки установлено четыре турбогенератора по 3200 кВт и два дизель-генератора ДГ-750. Для маневрирования в стесненных условиях корабль оснащен подруливающим устройством в виде двух откидных колонок с гребными винтами (в носовой и кормовой частях). Винты подруливающего устройства приводятся в движение электродвигателями мощностью по 750 кВт.
При создании подводной лодки проекта 941 огромное внимание было уделено снижению ее гидроакустической заметности. В частности, корабль получил двухкаскадную систему резино-кордовой пневматической амортизации, были внедрены блочная компоновка механизмов и оборудования, а также новые, более эффективные звукоизолирующие и противогидролокационные покрытия. В результате по гидроакустической скрытности новый ракетоносец, несмотря на свои гигантские размеры, значительно превзошел все ранее построенные отечественные ПЛАРБ и, вероятно, вплотную приблизился к американскому аналогу — ПЛАРБ типа «Огайо».

Фото 13.

Подводная лодка оснащена новым навигационным комплексом «Симфония», боевой информационно-управляющей системой, гидроакустической станцией миноискания МГ-519 «Арфа», эхоледомером МГ-518 «Север», радиолокационным комплексом МРКП-58 «Буран», телевизионным комплексом МТК-100. На борту имеются комплекс радиосвязи «Молния-Л1» с системой спутниковой связи «Цунами».
Цифровой гидроакустический комплекс типа «Скат-3», интегрирующий четыре гидролокационные станции, способен обеспечивать одновременное слежение за 10—12 подводными целями.
Выдвижные устройства, расположенные в ограждении рубки, включают два перископа (командирский и универсальный), антенну радиосекстана, РЛК, радиоантенны системы связи и навигации, пеленгатор.
Лодка оснащена двумя всплывающими антеннами буйкового типа, позволяющими принимать радиосообщения, целеуказания и сигналы спутниковой навигации при нахождении на большой (до 150 м) глубине или подо льдами.
Ракетный комплекс Д-19 включает 20 твердотопливных трехступенчатых межконтинентальных баллистических ракет с разделяющимися головными частями Д-19 (РСМ-52, западное обозначение — SS-N-20). Старт всего боекомплекта осуществляется двумя залпами, с минимальными интервалами между пусками ракет. Ракеты могут запускаться с глубины до 55 м (без ограничений по погодным условиям на поверхности моря), а также из надводного положения.

Фото 14.

Трехступенчатая МБР Р-39 (длина — 16,0м, диаметр корпуса — 2,4 м, стартовая масса — 90,1 т) несет 10 боевых блоков индивидуального наведения мощностью по 100 кг каждый. Их наведение осуществляется посредством инерциальной навигационной системы с полной астрокоррекцией (обеспечено КВО порядка 500 м). Максимальная дальность пуска Р-39 превышает 10.000 км, что больше дальности американского аналога — «Трайдент» С-4 (7400 км) и приблизительно соответствует дальности «Трайдент» D-5 (11.000 км).
Для минимизации габаритов ракеты двигатели второй и третьей ступеней имеют выдвижные сопловые насадки.
Для комплекса Д-19 создана оригинальная стартовая система с размещением практически всех элементов пусковой установки на самой ракете. В шахте Р-39 находится в подвешенном состоянии, опираясь специальной амортизационной ракетно-стартовой системой (АРСС) на опорное кольцо, расположенное в верхней части шахты.

Фото 15.

Пуск выполняется из «сухой» шахты с помощью порохового аккумулятора давления (ПАД). В момент старта специальные пороховые заряды создают вокруг ракеты газовую каверну, значительно уменьшающую гидродинамические нагрузки на подводном участке движения. После выхода из воды АРСС отделяется от ракеты при помощи специального двигателя и уводится в сторону на безопасное расстояние от подводной лодки.
Имеется шесть 533-мм торпедных аппаратов с устройством быстрого заряжания, способных применять практически все типы состоящих на вооружении торпед и ракето-торпед данного калибра (типовой боекомплект — 22 торпеды УСЭТ-80, а также ракето-торпеды «Шквал»). Вместо части ракетно-торпедного вооружения на борт корабля могут приниматься мины.
Для самообороны подводной лодки, находящейся в надводном положении, от низколетящих самолетов и вертолетов имеется восемь комплектов ПЗРК «Игла» («Игла-1»). В зарубежной печати сообщалось о разработке для подводных лодйк 941-го проекта, а также ПЛАРБ нового поколения, зенитного ракетного комплекса самообороны, способного применяться из подводного положения.

Фото 16.

Все шесть ТАПРК (получивших западное кодовое наименование Typhoon, быстро «прижившееся» и у нас) были сведены в дивизию, входящую в состав 1-й флотилии атомных подводных лодок. Корабли базируются в Западной Лице (бухта Нерпичья). Реконструкция этой базы для размещения на ней новых сверхмощных атомоходов началась в 1977 году и заняла четыре года. За это время была построена специальная причальная линия, изготовлены и доставлены специализированные пирсы, способные, по замыслу конструкторов, обеспечить ТАПКР всеми видами энергоресурсов (однако в настоящее время по ряду технических причин они применяются как обычные плавучие пирсы). Для тяжелых ракетных подводных крейсеров Московским конструкторским бюро транспортного машиностроения был создан уникальный комплекс средств погрузки ракет (КСПР). В его состав вошел, в частности, двухконсольный кран-погрузчик козлового типа грузоподъемностью 125 т. (в строй введен не был).
В Западной Лице расположен и береговой судоремонтный комплекс, обеспечивающий обслуживание лодок 941-го проекта. Специально для обеспечения «плавучего тыла» лодок 941-го проекта в Ленинграде на Адмиралтейском заводе в 1986 году был построен морской транспорт-ракетовоз «Александр Брыкин» (проект 11570) полным водоизмещением 11.440 т, имеющий 16 контейнеров для ракет Р-39 и снабженный 125-тонным краном.

Фото 17.

Однако уникальную береговую инфраструктуру, обеспечивающую обслуживание кораблей 941-го проекта, удалось создать лишь на Северном флоте. На Тихоокеанском флоте до 1990 года, когда программа дальнейшего строительства «Акул» была свернута, ничего подобного соорудить так и не успели.
Корабли, каждый из которых укомплектован двумя экипажами, несли (и, вероятно, продолжают нести и сейчас) постоянное боевое дежурство даже во время нахождения на базе.
Боевая эффективность «Акул» в значительной степени обеспечивается за счет постоянного совершенствования системы связи и боевого управления морскими стратегическими ядерными силами страны. К настоящему времени эта система включает каналы, использующие различные физические принципы, что повышает надежность и помехозащищенность в самых неблагоприятных условиях. В состав системы входят стационарные передатчики, транслирующие радиоволны в различных диапазонах электромагнитного спектра, спутниковые, самолетные и корабельные ретрансляторы, мобильные береговые радиостанции, а также гидроакустические станции и ретрансляторы.
Огромный запас плавучести тяжелых подводных крейсеров 941-го проекта (31,3%) в сочетании с мощными подкреплениями легкого корпуса и рубки обеспечил этим атомоходам возможность всплытия в сплошном льду толщиной до 2,5 м (что неоднократно проверялось на практике). Патрулируя под ледяным панцирем Арктики, где существуют особые гидроакустисческие условия, снижающие даже при самой благоприятной гидрологии дальность обнаружения подводной цели посредством наиболее современных ГАС всего до нескольких километров, «Акулы» являются практически неуязвимыми для противолодочных атомных подводных лодок США. Авиационными средствами, способными осуществлять поиск и поражение подводных целей сквозь полярный лед, Соединенные Штаты также не располагают.

Фото 19.

В частности, «Акулы» несли боевую службу подо льдами Белого моря (первой из «941-х» такой поход совершил в 1986 г. ТК-12, на котором в ходе патрулирования при помощи ледокола была осуществлена замена экипажа).
Рост угрозы со стороны прогнозируемых средств ПРО потенциального противника потребовал усиления боевой живучести отечественных ракет в процессе их полета. В соответствии с одним из прогнозируемых сценариев, противник мог попытаться «ослепить» оптические астронавигационные датчики БР при помощи космических ядерных взрывов. В ответ на это в конце 1984 года под руководством В.П. Макеева, Н.А. Семихатова (система управления ракеты), В.П. Арефьева (командные приборы) и B.C. Кузьмина (система астрокоррекции) были начаты работы по созданию стойкого астрокорректора для баллистических ракет подводных лодок, способного восстанавливать свою работоспособность через несколько секунд. Разумеется, у противника оставалась возможность осуществлять ядерные космические взрывы с интервалом через каждые несколько секунд (в этом случае точность наведения ракеты должна была значительно снизиться), однако такое решение было трудноосуществимо по техническим соображениям и бессмысленно — по финансовым.

Фото 20.

Усовершенствованный вариант Р-39, по своим основным характеристикам не уступающий американской ракете «Трайдент» D-5, был принят на вооружение в 1989 году. Кроме повышенной боевой живучести, модернизированная ракета обладала увеличенной зоной разведения боевых блоков, а также повышенной точностью стрельбы (использование космической навигационной системы ГЛОНАСС на активном участке полета ракеты и на участке наведения РГЧ позволило достичь точности, не меньшей, чем точность МБР РВСН шахтного базирования). В 1995 г. ТК-20 (командир капитан 1 ранга А. Богачев) выполнила ракетную стрельбу с Северного полюса.
В 1996 г. из-за нехватки средств были выведены из боевого состава ТК-12 и ТК-202, в 1997 г. — ТК-13. В то же время дополнительное финансирование ВМФ в 1999 году позволило значительно ускорить затянувшийся капитальный ремонт головного ракетоносца 941-го проекта — К-208. За десять лет, в течение которых корабль находился в Государственном центре атомного подводного судостроения, проведена замена и модернизация (в соответствии с проектом 941 У) основных комплексов вооружения. Ожидается, что в третьем квартале 2000 г. работы будут полностью завершены, и после окончания заводских и ходовых приемно-сдаточных испытаний, в начале 2001 года, обновленный атомоход вновь вступит в строй.

Фото 21.

В ноябре 1999 г. из акватории Баренцева моря с борта одной из ТАПКР 941-го проекта были выполнены стрельбы двумя ракетами РСМ-52. Интервал между пусками составил два часа. Головные части ракет с высокой точностью поразили цели на Камчатском полигоне.
По сообщениям отечественной печати, существующие планы развития стратегических ядерных сил России предусматривают проведение модернизации кораблей пр. 941 с заменой ракетного комплекса Д-19 на новый. Если это соответствует действительности, «Акулы» имеют все шансы сохраниться в строю и в 2010-х годах.
В дальнейшем возможно переоборудование части атомоходов 941-го проекта в транспортные атомные подводные лодки (ТАПЛ), предназначенные для перевозок грузов по трансполярным и кроссполярным подледным маршрутам, кратчайшим путем связывающим Европу, Северную Америку и страны АТР. Встроенный вместо ракетного отсека грузовой отсек будет способен принимать до 10.000 т груза.

Фото 22.

По состоянию на 2013 год из 6 построенных при СССР кораблей 3 корабля проекта 941 «Акула» утилизированы, 2 корабля находятся в ожидании на утилизацию, и один модернизирован по проекту 941УМ.
В связи с хроническим отсутствием финансирования, в 1990-е годы планировался вывод из строя всех единиц, однако, с появлением финансовых возможностей и пересмотром военной доктрины оставшиеся корабли (ТК-17 «Архангельск» и ТК-20 «Северсталь») прошли поддерживающий ремонт в 1999—2002 годах. ТК-208 «Дмитрий Донской» прошёл капитальный ремонт и модернизацию по проекту 941УМ в 1990—2002 годах и с декабря 2003 года используется в рамках программы испытаний новейшей российской БРПЛ «Булава». При испытании «Булавы» было принято решение отказаться от ранее используемой процедуры испытаний.
18-я дивизия подводных лодок, в которую входили все «Акулы», была сокращена. По состоянию на февраль 2008 года в её состав входили, находящиеся в резерве после выработки рабочего ресурса ракет «главного калибра», ТК-17 «Архангельск» (последнее боевое дежурство — с октября 2004 года по январь 2005 года) и ТК-20 «Северсталь» (последнее боевое дежурство — 2002 год), а также переоборудованный под « Булаву» К-208 «Дмитрий Донской». ТК-17 «Архангельск» и ТК-20 «Северсталь» более трёх лет находились в ожидании решения на утилизацию или перевооружение на новые БРПЛ, пока в августе 2007 года главком ВМФ адмирал флота В. В. Масорин не сообщил, что до 2015 года не предусматривается модернизация АПЛ «Акула» под ракетный комплекс «Булава-М».

Фото 23.

Рассматривается вариант переоборудования их для размещения крылатых ракет по аналогии с перевооружением ВМС США подводных лодок типа «Огайо». 28 сентября 2011 года было опубликовано заявление Министерства обороны Российской Федерации, в соответствии с которым, «Тайфуны», как не укладывающиеся в договорные лимиты СНВ-3 и избыточно дорогие в сравнении с новыми ракетоносцами класса «Борей», планируется списать и разделать на металл до 2014 года. Варианты переоборудования трёх оставшихся кораблей в транспортные подлодки по проекту ЦКБМТ «Рубин» или подлодки-арсеналы крылатых ракет отвергнуты по причине чрезмерной дороговизны работ и эксплуатации.
На совещании в Северодвинске вице-премьер России Дмитрий Рогозин сообщил что Россия решила временно отказаться от утилизации стратегических АПЛ третьего поколения, находящихся сейчас на вооружении ВМФ. В результате срок годности лодок продлится до 30-35 лет вместо нынешних 25. Модернизация затронет стратегические АПЛ типа «Акула», где каждые 7 лет будет меняться электронная начинка и вооружение.
В феврале 2012 года в СМИ появилась информация, что основное вооружение АПЛ типа «Акула», ракеты РСМ-52, были утилизированы не полностью, и до 2020 года возможен ввод в строй лодок «Северсталь» и «Архангельск» со стандартным вооружением на борту.
В марте 2012 года появилась информация из источников министерства обороны РФ, что стратегические атомные подводные лодки проекта 941 «Акула» не будут модернизировать по финансовым соображениям. По словам источника, глубокая модернизация одной «Акулы» сопоставима по стоимости со строительством двух новых подводных лодок проекта 955 «Борей». Подводные крейсера ТК-17 «Архангельск» и ТК-20 «Северсталь» не будут модернизироваться в свете недавно принятого решения, ТК-208 «Дмитрий Донской» продолжит применяться в качестве испытательной платформы для систем вооружения и гидроакустических комплексов до 2019 года.

Фото 24.

Интересные факты :
• Впервые размещение ракетных шахт впереди рубки осуществлено на лодках проекта «Акула»
• За освоение уникального корабля звание Героя Советского союза было присвоено Командиру первого ракетного крейсера капитану 1 ранга А. В. Ольховникову в 1984 году
• Корабли проекта «Акула» занесены в книгу рекордов Гинеса
• Кресло командира в центральном посту находится в неприкосновенности, исключения нет ни для кого, ни для командиров дивизии, флота или флотилии и даже министра обороны. Нарушивший эту традицию в 1993 году П. Грачев во время посещения «Акулы» был награжден неприязнью подводников.

Фото 25.

Фото 26.

Фото 27.

Фото 28.

Фото 30.

Фото 31.

Фото 32.

Фото 33.

Фото 34.

Источники:
http://www.deepstorm.ru/DeepStorm.files/45-92/nbrs/941/list.htm
http://fishki.net/1567900-samaja-bolshaja-podlodka-v-mire-iznutri.html
http://las-arms.ru/index.php?id=394
http://dokwar.ru/publ/vooruzhenie/aviacija_i_flot/apl_proekt_941_akula_po_klassifikacii_nato_quot_tajfun_quot/15-1-0-84
http://wiki.wargaming.net/ru/Navy:%D0%9F%D0%BE%D0%B4%D0%B2%D0%BE%D0%B4%D0%BD%D1%8B%D0%B5_%D0%BB%D0%BE%D0%B4%D0%BA%D0%B8_%D1%82%D0%B8%D0%BF%D0%B0_%C2%AB%D0%90%D0%BA%D1%83%D0%BB%D0%B0%C2%BB_%D0%BF%D1%80%D0%BE%D0%B5%D0%BA%D1%82%D0%B0_941
http://navycollection.narod.ru/library/soviet_subs/plarb/941.htm

Осенью 1999 г. в США увидела свет книга Шерри Зонтаг и Кристофера Дрю «Блеф слепца» (Blind Man’s Bluff), имевшая подзаголовок «Нерассказанная история американского подводного шпионажа». В ней преимущественно речь идет о тайных операциях субмарин ВМС США против СССР после Второй мировой войны. В ней в частности так же сообщалось, что в августе 1972 г. американская атомная подводная лодка специального назначения Halibat установила рядом с подводным кабелем Министерства обороны СССР, связывающего Камчатку с материком, устройство, к слову, весьма значительных габаритов, снимавшее и записывавшее на магнитную ленту секретную информацию.
Время от времени американские субмарины в ходе операции под кодовым названием Ivy Bells («Цветы плюща») пробирались в Охотское море к «золотой жиле», как в Пентагоне, ЦРУ и АНБ называли кабель, и забирали с него записи переговоров.
Так продолжалось довольно долго.

Фото 1: Американский шпионский «девайс», извлеченный со дна Охотского моря

Однако в Вашингтоне не знали, что некоторое время спустя после установки устройства за него зацепился якорь какого-то советского гражданского судна. На помощь пришли водолазы ВМФ. Они-то и обнаружили заокеанский шестиметровый «подарок». Соответствующие советские службы использовали его на полную катушку, гоняя через кабель дезинформацию. Факт обнаружения подводного «жучка» инициировал проверку всех подводных советских коммуникаций. И когда подслушивающее устройство было обнаружено на одной из линий связи у Кольского залива, никто этому не удивился. И его тоже сделали инструментом слива «дезы».
Установка «жучков» была подтверждена в 1980 г. сотрудником АНБ Рональдом Пелтоном, завербованным советской разведкой в США, которого выдал в 1985 г. агент-перебежчик Виталий Юрченко. После этого использовать шпионский «девайс» в Охотском море не имело смысла. Его подняли со дна и представили общественности.
Но «жучок», установленный Halibat, находился на глубине 120 м. Работать с объектами, находящимися на глубинах более 500 м, а тем более 1000 и 6000 м, значительно сложнее, а то и невозможно. По дну Атлантики проходят секретные линии информационной сети Пентагона DoDIN, там размещены стационарные станции гидроакустического наблюдения, следящие за перемещением российских атомоходов, а также подводные «маяки», с помощью которых американские субмарины сверяют точность своего курса. И вообще под многометровыми толщами воды находится много чего интересного.

Фото 2: Переоборудование АПЛ «Подмосковье»

11 августа этого года в северодвинском Центре судоремонта «Звездочка» состоялась церемония вывода из эллинга АПЛ «Подмосковье», проходящей глубокую модернизацию, а фактически перестройку из РПКСН К-64 проекта 667БДРМ в большую подводную лодку специального назначения БС-64 по проекту 09787 разработки ЦКБ МТ «Рубин». Сейчас она уже спущена на воду. Эта субмарина станет носителем так называемых атомных глубоководных станций 1-го ранга.
Переоборудование стратегического ракетоносца К-64 в носитель подводных аппаратов началось аж в 1999 году: работы неоднократно приостанавливались из-за пересмотра техзадания и недостатка финансирования. Известно, что из корпуса АПЛ был вырезан ракетный отсек — его заменили отсеком специальной конструкции с разъемами и шлюзовыми переходами для малых подводных лодок. Также в нем расположены комфортабельный отсек для экипажа гидронавтов станции и научно-исследовательская часть. За счет вставки нового отсека длина подлодки возросла.
Атомные глубоководные станции (АГС) – это относительно небольшие атомные подводные лодки, способные работать на глубинах более 1000 м. Они предназначены для выполнения научно-исследовательских и специальных операций. Первые три АГС проекта 1910 «Кашалот» подводным водоизмещением около 2,000 т разработки СПМБМ «Малахит» (главный конструктор – Е.С. Корсуков) были построены «Адмиралтейскими верфями» и в 1986-1994 гг. переданы заказчику. На Западе эти лодки получили обозначение Uniform.

Фото 3: АПЛ «Подмосковье» — транспортировщик АГС

Все работы по переделке субмарины проводились на судоремонтном заводе «Звездочка» с 1994 по 2002 годы. В частности на ПЛА были демонтированы все шахты для баллистических ракет, помимо этого была укреплена конструкция подводной лодки, которая теперь, по неподтвержденной информации, может погружаться на глубину до 1 километра. АГС АС-12 крепится к носителю снизу. В настоящее время лодка К-129 числится в составе российского Северного флота и носит обозначение БС-136 «Оренбург».
Следующее трио АГС проекта 1851/18511 «Нельма» подводным водоизмещением около 1,000 т проектировалось так же СПМБМ «Малахит» (главный конструктор – Герой России С.М. Бавилин) и строилось теми же «Адмиралтейскими верфями». Сколько-нибудь четких фотографий этих подлодок нет. Но если довериться ресурсу Covert Shores, специализирующемуся на сборе и обобщении информации о силах и средствах специальных подводных операций, то в днищевой части носовой оконечности этих субмарин имеются мощные манипуляторы, способные выполнять самые разные задачи: от собирания элементов разного рода оружия на морском дне до «перегрызания» подводных кабелей. Западное обозначение лодок этого типа – X-Ray.

Фото 4: АГС проекта 1910 «Кашалот»

Наконец, самая известная из АГС – АС-31 проекта 10831 подводным водоизмещением 2100 т – из-за особенностей конструкции своего прочного корпуса, представляющего собой «цепочку» титановых сфер, получила неофициальное название «Лошарик». Субмарина сконструирована СПМБМ «Малахит» (главный конструктор – Герой России Ю.М. Коновалов) и построена Севмашем. Она вошла в строй в 2006 году. Во время экспедиции «Арктика-2012» в августе-октябре 2012 г. эта лодка двадцать суток занималась сбором грунта и образцов породы на глубинах 2,500-3,000 м. Этот рекорд вряд ли в обозримом будущем будет побит. Разве что какой-нибудь очередной АГС российского производства.
Как рассказали «Известиям» в Минобороны, лодка помогала корректировать бурильные работы, которые проводились с дизель-электрических ледоколов «Капитан Драницын» и «Диксон» для определения внешней границы континентального шельфа России.
В результате совместной работы получен огромный объем геологического материала. Отобрано более 500 кг обломков классифицируемых горных пород. Результаты экспедиции лягут в основу заявки в комиссию ООН по морскому праву на подтверждение продолжения континентального шельфа России, ранее отклоненную за недостаточностью геологических образцов, и, соответственно, приоритетного права на разработку ресурсов шельфа, — рассказал собеседник «Известий».
Он добавил, что, по данным Минприроды, хребты Ломоносова и Менделеева обладают запасами нефти и газа в объеме более 5 млрд.т условного топлива.
Во время экспедиции был обследован весь хребет и пробурено три скважины на двух участках с отбором образцов грунта. С помощью «Лошарика», оснащенного манипуляторами, грунт смогли собрать драгой (устройство очистки породы от наслоений), телегрейфером (большегрузный ковш с телекамерой) и гидростатической трубкой.
Работы велись на глубине от 2,5 км до 3 км в течение 20 суток. За счет атомного реактора и уникального титанового корпуса лодка может находится под водой намного дольше, чем гражданские батискафы на аккумуляторах.
По данным одного из участников экспедиции, у лодки в ходе работ были повреждена система внешнего освещения, которая помогает лодке «видеть» дно на глубине и находить различные предметы. Кроме того, придется ремонтировать манипуляторы, с помощью которых лодка забирает со дна океана пробы грунта и другие объекты.

Сейчас «Лошарик» готовят к техобслуживанию в 42-м цехе завода «Севмаш». Поскольку «Лошарик» оснащен атомным реактором, после каждого выхода в море лодку приходится поднимать в док, осматривать и устранять мелкие неисправности. В ходе ремонта планируется восстановить техническую готовность лодки, проверить узлы и механизмы, в частности валы и гребные винты. Хоть глубина для этой лодки была не очень большая, но придется выравнивать корпус. Во время одного из погружений вышла из строя система внешнего освещения — заменим и ее, — пояснил источник в оборонно-промышленном комплексе. Как рассказал собеседник, корпус «Лошарика» сделан из высокопрочного титанового сплава, поэтому устранить вмятины на корпусе намного сложнее, чем у обычной стальной лодки. Носителем «Лошарика» является переделанная стратегическая подводная лодка проекта 667 «Кальмар», у которой демонтированы пусковые шахты баллистических ракет — батискаф крепится под ее днищем.
В феврале этого года мы уже обслуживали «Лошарик». Готовили его к походу на Северный полюс. Установили дополнительное батиметрическое оборудование для сейсмического профилирования морского дна — в частности, профилограф (устройство для замера глубины донных отложений), гидролокатор бокового обзора и т.д. Тогда же подготовили запасные части и титановые плиты для повторного ремонта. Доработали и лодку-носитель, установили на нее многолучевой эхолот, — продолжил представитель Минобороны.
Потребность в таком аппарате очень высокая. В России помимо «Лошарика» на глубине 2–3 км могут работать только глубоководные станции «Мир». В прошлую экспедицию под руководством Артура Чилингарова использовали оба «Мира». Но сейчас выполнить пришлось более сложные и длительные подводные работы. Для нее у «Миров» не хватает автономности. Поэтому решили использовать «Лошарик», — пояснил собеседник «Известий».
По словам представителя Минобороны, если «Мир» работает на аккумуляторах, которые обеспечивают работу в течении 72 часов, то «Лошарик» — это полноценная субмарина с атомным реактором. Он позволяет обеспечить автономную работу батискафа в течение несколько месяцев. На ней есть места для отдыха экипажа, рабочие помещения, камбуз и т.д. При этом регенерация воздуха и воды обеспечивается не хуже, чем на космических станциях.
«Миры», по сути, — прогулочные батискафы. Манипуляторы у них слабые, с ограниченным количеством движений, дополнительные средства батиметрии не поставишь, — объяснил представитель «Минобороны».

Фото 4: Так по версии ресурса Covert Shores выглядит АГС проекта 1851 «Нельма»

Доставляют АГС к месту работы атомные подводные лодки специального назначения (ПЛАСН). По сути дела, это транспортные субмарины. Сейчас в этой роли выступает БС-136 «Оренбург» проекта 09786 разработки ЦКБ МТ «Рубин». Она переоборудована из РПКСН К-136 проекта 667БДР в Центре судоремонта «Звездочка». В корпус врезан специальный отсек, в который «прячется» АГС и транспортируется к месту глубоководных исследований. Именно АПЛ БС-136 «Оренбург» в сентябре 2012 г. доставила подо льдами «Лошарика» на Северный полюс, и тот несколько раз «сбегал» на дно макушки Земли.

Фото 5: КС-129 «Оренбург» – большая ПЛА специального назначения проекта 09786

Фото 6: Во время автопробега по берегу Белого моря операторам английской телепрограммы Top Gear удалось заснять АС-31

На смену «Оренбургу» придет «Подмосковье». Проходят ремонты и модернизируются, готовясь к предстоящим миссиям, и атомные глубоководные станции. АГС и ПЛАСН-транспортировщики организационно входят в состав 29-й отдельной бригады ПЛА особого назначения Северного флота и базируются на Губу Оленью.

Фото 7: АГС АС-31 проекта 10831 по версии ресурса Covert Shores

Фото 8: ПЛАСН «Подмосковье» может транспортировать АГС разных типов

В период с 2004 по 2007 год капитан 1-го ранга Опарин А. И. возглавлял проведение заводских, государственных и глубоководных испытаний опытной подводной лодки в Белом, Баренцевом, Гренландском и Норвежском морях. По неподтвержденной информации данная субмарина к осени 2009 года полностью закончила программу государственных испытаний. Скорее всего, была принята в состав флота в 2010 году или позднее. Так в мае 2010 года в прессе появлялась информация о том, что ряд специалистов КБ «Рубин», «Малахит», «Прометей», СРЗ «Звездочка» были награждены государственными премиями за «опытный глубоководный заказ 1083К.

Предполагается, что ПЛА приписана к Северному флоту, при этом не подчиняется его командованию. АС-12 входит в состав Главного управления глубоководных исследований Минобороны РФ, которое более известно как «Подводная разведка» и подчиняется непосредственно министру обороны страны. Корпус глубоководной станции собран из высокопрочных титановых отсеков, имеющих шарообразную форму, в которых реализован принцип батискафа. Все отсеки лодки соединены между собой проходами и находятся внутри легкого корпуса.
Предполагается, что именно из-за конструктивных особенностей судостроители северодвинского предприятия «Севмаш» прозвали данную лодку «Лошариком» по аналогии с одним советским мультипликационным героем – лошадкой, которая была собрана из отдельных шариков. При этом технические характеристики лодки засекречены. По имеющейся в свободном доступе информации лодка имеет в длину до 79 метров. Полное водоизмещение лодки составляет 2,000 тонн. Глубоководная станция, по информации некоторых источников, может погружаться на глубину до 6,000 метров, и развивать максимальную скорость в 30 узлов.

Вероятно, что одну из сфер глубоководной станции «Лошарик» занимает атомный реактор Э-17 с паропроизводящей установкой и турбозубчатым агрегатом, мощность которого на валу составляет 10-15 тысяч л. с. Сообщается, что подлодка оснащена одним гребным винтом в специальном кольцевом обтекателе. Какого-либо вооружения на станции нет, но при этом она оснащена манипулятором, телегрефейром (ковш с телекамерой), драгой (система очистки породы), а также гидростатической трубкой. В состав экипажа «Лошарика» входит 25 человек – все офицеры.

Фото 9: Лодка-носитель «Оренбург» в месте постоянной дислокации, Оленья губа

Источники:
http://www.nationaldefense.ru/includes/periodics/maintheme/2015/1214/143117336/detail.shtml
http://topwar.ru/24870-sekrety-losharika.html
http://masterok.livejournal.com/2194087.html
http://masterok.livejournal.com/393335.html
http://topwar.ru/20479-losharik-proshel-ispytaniya-v-arktike.html
http://militaryrussia.ru/forum/viewtopic.php?f=760&t=1663&start=60

Продолжаем тему ПЛА специального назначения.

По сообщениям прессы, ВМФ России в 2018 году получит особый корабль – научно-исследовательскую атомную подводную лодку (ПЛА) «Белгород» проекта 09852. Субмарина достраивается на базе подводного крейсера проекта 949А в Северодвинске. ПЛА станет носителем обитаемых и роботизированных подводных аппаратов (ПА) и специального оборудования.

Третья мировая война (ТМВ) – это пример беспрецедентного театра боевых действий, с применением оружия массового поражения, не исключая ядерное, и сложнейших технических разработок. Эксперты прогнозируют самые разнообразные сценарии развития событий ТМВ, спорят о возможности развития подобного конфликта, но абсолютно ясно, что страшна эта война будет именно благодаря технике и вооружению способному нанести катастрофический урон по противнику.
Одним из примеров оружия будущего является подводная лодка особого назначения «Белгород» К-139. ПЛА номинально относиться к классу Антей (или «Oscar-II», согласно стандартам НАТО), это один из образцов передовой технической мысли, обладающий широкими тактическими возможностями. ПЛА классифицируется как субмарина пятого поколения, так как конструктивные особенности выделяют её на фоне более старых образов подобной техники, и это при условии, что главный конкурент СССР, а ныне России – США, располагает образцами подводных лодок лишь четвёртого поколения. Из чего можно сделать вывод, что К-139 не просто пополнил, но и модернизировал атомный подводный флот России.

Почти вся информация по субмарине К-139 храниться под грифом секретности, однако получили огласки некоторые её характеристики. Предполагается, что атомный подводный крейсер «Белгород» будет развивать скорость в размере 33 узлов (примерно 62 километра в час), что является достаточно крупным показателем с учётом габаритов корабля, его рабочая глубина погружения составляет порядка 420 метров, максимальная глубина примерно 500 метров. ПЛА имеет весьма внушительные размеры, около 154 метров в длину и 18 метров в ширину (вся флотилия ПЛА типа Антей получила неофициальное название «батон»), по максимальным показателям, её общее водоизмещение составляет 23,860 тонн. Однако, несмотря на внушительные размеры, экипаж, требуемый для управления составляет 130 чел. ГЭУ ПЛА имеет два ядерных реактора с мощностью каждого в 190 МВт. Автономность минимально составляет 120.

Основу вооружения К-139 составляют 24 ракеты «Гранит» (по стандартам НАТО – «Shipwreck», Кораблекрушение) – это дальнобойные сверхзвуковые крылатые ракеты, которые способны произвести запуск, как из-под воды, так и над её поверхностью. «Белгород» имеет в своём распоряжении стандартные торпедные аппараты 2×650 и 4×533, в количества 24 штуки.

По данным открытых источников, на АПЛ проекта 09852 будет смонтировано большое количество специального и водолазного оборудования, шлюзовые камеры для перехода в обитаемые глубоководные аппараты. На «Белгороде» будет развернут геофизический комплекс «Магма», позволяющий вести геологоразведочные работы на арктическом шельфе. Он в 4 раза снизит затраты на проведение исследований в труднодоступных акваториях независимо от погодных условий и ледовой обстановки.
Подводный атомный крейсер, превращенный в многофункциональный корабль, может использоваться как для изучения Мирового океана, в разведке и добыче полезных ископаемых на арктическом шельфе, так и для разведки, монтажа оборудования и обслуживания его на морском дне.

При этом, тактический потенциал К-139 не ограничивается приведёнными выше данными. По одной из неподтвержденных официально версий, лодка проекта 09852 может выступать в роли носителя перспективного подводного многоцелевого комплекса “Статус-6” (материал 79)

На основе имеющейся информации можно сделать вывод, что этот корабль и программа “Статус-6” тесно взаимосвязаны. Скорее всего, проект “Статус-6”, фактически базируется на К-139, в результате чего можно считать, что ядерное оружие тоже является частью оснащения этого судна. Однако, атомное оружие не всегда рассматривалось как часть вооружения АПЛ “Белгород”, принято считать, что судно приобрело подобный статус в 2012 году после официального заявления главкома ВМФ Владимира Высоцкого, о достройке судна «По специальному государственному проекту», это и послужило одной из предпосылок к догадкам о проекте “Статус-6”. Торпеда катастрофического поражения прибрежной территории, которую получает как основной элемент вооружения ПЛА специального назначения “Белгород” становиться весомым военным аргументом.

В дополнение к сказанному выше, особенности исходного проекта, ПЛАРК пр.949АМ, позволяют
– высвободить огромные объемы под очень значительное количество пилотируемых и беспилотных подводных аппаратов различного назначения
– установить полноценный водолазный комплекс на борту самой лодки, по возможностям и удобству (оперативности) применения превсходящий аналогичные комплексы на надводных судах
– проводить поисково-спасательные операции максимально эффективно (нет зависимости от метеоусловий, высокая скорость подводного)
– максимально использовать потенциал энергетики на борту (ЯЭУ).
– сохранит часть ударного потенциала (до 3/4 ПКР Оникс в каждой шахте ПКР Гранит и/или до 6 КР семейства Калибр/шахта.

Источники:
http://www.3world-war.su/vooruzhenie/vooruzhenie-rossii/1185-belgorod-k-139-podvodnaja-lodka-jadernoj-programmy.html
http://29ru.net/pu/various/93308553/
http://tehnoomsk.ru/node/2665
http://militaryrussia.ru/blog/topic-708.html

В России ведутся испытания автономного необитаемого Подводного Аппарата (ПА) «Клавесин-2Р». Такими беспилотными ПА будет вооружена ПЛА специального назначения БС-64 «Подмосковье» проекта 09787.

screen-shot-2016-09-09-at-3-28-02-pm

 

Первое поколение ПА «Клавесин-1Р» (на фото) было испытано в 2007 году. Тогда были достигнуты: глубина погружения 6083 метра, дальность хода до 300 километров и автономность работы 5 суток. Характеристики второго поколения не называются официально – работы по проекту имеют важное значение для ВМФ России. У первого и второго типа «Клавесинов» схожие длина – около 6 метров и диаметр – 0,9-1 метр. Также в открытых источниках сообщается, что «Клавесин-1Р» представляет собой «глубоководный многоцелевой комплекс, оснащенный современными средствами автономной и гидроакустической навигации и связи, реконфигурируемой системой управления, целевой аппаратурой для выполнения поисковых работ, съемки и картографирования морского дна». Его испытания проходили в Японском море и Курильско-Камчатском глубоководном желобе. Также беспилотный ПА прошел «опытную эксплуатацию на континентальном шельфе в Арктике и при поиске затонувшего радиоизотопного источника в Охотском море».
В российских СМИ уже появились оригинальные гипотезы, что этот автономный аппарат является «младшим братом» ужаса американских адмиралов – атомной спецторпеды «Статус-6». Источник не располагает данными о возможном применении «Клавесина» в виде атомного дрона: судя по всему, это вполне обычный, для своего класса, ПА используемый для ведения разведки и поисковых работ. На это намекает и скромная скорость его передвижения, которую называют несколько российских источников – около 3 узлов (5,5 км/ч).
Предполагается, что кроме БС-64 новые аппараты этого семейства получат модернизированные атомные субмарины проекта 949АМ.

 

Источник: http://www.tehnoomsk.ru/node/2258

 

Занятное интервью И.Крамника с неким С.Хвиюзовым опубликовано на “Ленте.РУ”. Воспроизводится с комментариями редактора сайта. Особой информации нет, но косвенное подтверждение некоторым направлениям развития техники в материале имеется.

 

Сергей Михайлович, вы 45 лет работали на «Севмаше», имели дело с лодками и боевыми кораблями разных поколений. Термин «поколение подводных лодок» понятен специалисту, но требует пояснений для читателя. Чем отличаются современные лодки 4-го поколения от АПЛ 2-го и 3-го поколений, которые строились в 60-90-х годах и пока остаются в строю? В том числе в части энергетики?

В первую очередь — системой управления. По материальной части подводные лодки 4-го поколения не сильно отличаются от лодок 2-го и 3-го поколений, а вот «мозги», система управления у них совершенно другие. Все сделано на цифре, уже не используются релейные схемы. И операторы — раньше они сидели бы на пультах и управляли ключами, поскольку было кнопочное управление. Сейчас это цифровой механизм, все компьютеризировано. По части энергетики практически то же самое — и турбины те же, и реакторы.

Комментарий от редактора: Странно, но складывается впечатление, что персонаж явно не владеет вопросом. Кем-кем и где он работал? После ЛИВТа? Чего это он говорит? Управляли бы ключами поскольку было кнопочное управление? А сегодня какое? Ключи лишь выбирали режим. Да, механизмы/агрегаты пускались кнопочно индивидуально или группой. Но от этого ушли еще 20, а то и 30 лет назад. Значат ли его слова то, что теперь управление осуществляется силой мысли? Что значит “цифровой механизм”? А что означают его слова про “те же самые турбины и реакторы”? Глупость же несусветная, или примитивизация в расчете на абсолютных дилетантов? 

Чем отличаются блочные паротурбинные установки новых атомных подлодок от предшествующих в плане обслуживания и срока службы?

Мало чем. Все они одного производителя — Калужского турбинного завода. Если говорить о блочных паротурбинных установках (БПТУ) «Азурит», которая установлена на ПЛ 4-го поколения, то она почти не отличается от аналогичной БПТУ 2-го и 3-го поколений подводных лодок и по обслуживанию, и по сроку службы. А вот БПТУ «Мираж», которая также устанавливается на более поздних ПЛ 4-го поколения (проект 885 «Ясень» — прим. «Ленты.ру») — это новая установка совершенно другого типа . В обслуживании «Мираж» более сложен и требует определенных технических навыков.

Комментарий от редактора: Ну положим сравнивать даже 2-е и 3-е поколения совершенно некорректно. О чем он говорит? О “стратегах” или о “многоцелвых” кораблях? На разных пароходах устанавливались разные ПТУ. И “Кировского Завода”, и КТЗ, в том числе. Как правило, Калужские ПТУ ставились на “маленькие”. 

Система в корне изменилась. Раньше живучесть и надежность подводных лодок обеспечивали СПТБ — специальные производственно-технические базы для устранения оперативных неисправностей, которые финансировались из гособоронзаказа. В каждой такой СПТБ было порядка 300 специалистов, и какая бы неисправность ни возникла, она сразу же устранялась, требуемые работы выполнялись оперативно. На сегодняшний момент гособоронзаказ формируется из объемов работ, заявляемых флотом по каждой конкретной лодке. Головной исполнитель назначается совместно Министерством обороны и департаментом судостроительной промышленности, как правило, это «Звездочка» и «Севмашпредприятие», и еще «Янтарь» по Калининграду.

Эти предприятия обеспечивают техническую готовность и устранение неисправностей всего ВМФ, но по каждой конкретной лодке отдельно. По лодкам 2-го и 3-го поколения — «Звездочка» на Северном флоте, по новым ПЛ 4-го поколения — «Севмаш», а также «Янтарь», отвечающий за техническое обеспечение Балтфлота. Все работы надо заранее прописать, просчитать и утвердить и потом уже выполнить в рамках Гособоронзаказа. Но за время утверждения заказа может возникнуть новая неисправность, которая не попадет в ведомость. Это негибкая система, не оперативная — в этом, на мой взгляд, и состоит глобальная разница.

Мы смогли собрать очень грамотный и квалифицированный персонал, обучение проводил инженерный состав Калужского турбинного завода. КТЗ в итоге дал свидетельство о том, что специалисты СПТБ ПГ «Новик» также в силах выполнить сервисные работы и по новой БПТУ «Мираж», проекта 885. Я уже говорил, что «Азурит», который стоит на первых подводных лодках 4-го поколения, конструктивно незначительно отличается от аналогичных установок на лодках 2-го и 3-го поколения, но «Мираж» — это совершенно иная конструкция. Тем не менее «Мираж» уже третий год в составе ВМФ, по нему выполняются регламентные работы по техническому обслуживанию.

В 2015 году на Тихоокеанский флот пришел «заказ 202» — ракетный подводный крейсер стратегического назначения К-550 «Александр Невский». Мы участвовали в подготовке этого перехода, «Севмаш» поручил нам четыре работы в рамках технического обслуживания корабля. Сейчас дальневосточная база «Новика» выполняет сервисное и техническое обслуживание установленной на нем блочной паротурбинной установки «Азурит». Дополнительно мы занимаемся оперативным устранением неисправностей матчасти по заявкам личного состава. Например, в начале года выполнялся аварийный ремонт турбогенератора и щеточного-контактного аппарата.

Его должно было выполнять другое предприятие, но они отказались, считая поломку, во-первых, негарантийным случаем, а во-вторых, требуя постановки лодки на ремонт в завод. Мы смогли выполнить работу в условиях заказа, без вывода корабля из линии.

У нас сложились отличные взаимосвязи с «Севмашем», что позволяет хорошо и быстро выполнять работы, кроме того, мы готовим специалистов и для обслуживания других систем электромеханической боевой части подлодок. Учитывая планы расширения флота, работы хватит на много лет.

Комментарий от редактора: Ну все остальное обычные словеса и самореклама его мутной конторы. Компетенция же конкретного персонажа вызывает серьезные сомнения, а равно и способность выигрывать конкурсы на исполнение работ такого уровня без т.н. “поддержки”.  

 

Источник: https://lenta.ru/articles/2016/09/06/engines/

Tagged with:  

29 июля на оборонной судоверфи “Севмаш” в Архангельской обл. была заложена очередная атомная подводная лодка проекта 885М (08851) “Ясень-М”, “Пермь”.

Проект многоцелевой ПЛА четвертого поколения 885 (08850) “Ясень” разработан в 1990-х гг. Санкт-Петербургским морским бюро машиностроения (СПМБМ) “Малахит” под руководством главного конструктора Владимира Попова. Создан на базе проектов 705(К) “Лира” и 971 “Щука-Б”. Строительством “Ясеней” занимается ПО “СевМаш” в Северодвинске, Архангельской обл.

ПЛА предназначена для уничтожения подводных лодок и надводных кораблей противника, военно-морских баз, портов, корабельных группировок и других целей. “Ясень” имеет полуторакорпусную конструкцию (“легкий корпус”, придающий субмарине обтекаемую форму и закрывающий гидролакатор, присутствует только в носовой части).

Тактико-технические характеристики проекта

Согласно открытым публикациям:

  • Длина лодок проекта 885 составляет около 139 м, ширина – около 13 м, осадка – 10 м.
  • Надводное водоизмещение – 8 тыс. 600 т, подводное – до 13 тыс. 800 т.
  • Максимальная глубина погружения – до 600 м.
  • Надводная скорость – 16 узлов, подводная – до 31 узла.
  • Автономность плавания более 100 суток, экипаж – 85-90 человек.

Подводная лодка оснащена одновальной паротурбинной АЭУ мощностью около 43 тыс. л. с (на винте).

Тепловая мощность водо-водяного реактора ОК-650В – 190 мегаватт (лодки модернизированного проекта 885М получат АЭУ мощностью свыше 200 мегаватт, вероятнее всего с реактором последующего покаления).

Вооружение:

  • 8 вертикальных шахт для запуска крылатых ракет “Оникс” и “Калибр”;
  • 10 торпедных аппаратов калибра 533 мм (в боекомплект входят 30 торпед).

В перспективе возможно оснащение крылатыми ракетами нового типа Х-101 (Х-102) и Универсальными глубоководными самонаводящимися торпедами (УГСТ).

Корабли серии

Головная подлодка серии, К-560 “Северодвинск” (заводской номер 160), заложена на “Севмаше” 21 декабря 1993 г., спущена на воду 15 июня 2010 г., 30 декабря 2013 г. передана ВМФ РФ в опытную эксплуатацию, с 17 июня 2014 г. – в строю на Северном флоте. Следующие подлодки строятся по модернизированному проекту 885М (08851) “Ясень-М”.

Их отличают оптимизированные обводы корпуса, обновленные комплексы радиоэлектронного вооружения и автоматики. Контракт на строительство лодки с заводским номером 161 заключен между Минобороны России и “Севмашем” 6 декабря 2005 г. Строительство последующих серийных лодок с заводскими номерами 162-166 предусмотрено контрактом от 9 ноября 2011 г., заключенными с ОСК.

  • Вторая субмарина, К-561 “Казань” (заводской номер 161), заложена 24 июля 2009 г., передача флоту ожидается в 2018 г.
  • Третья субмарина, К-573 “Новосибирск” (заводской номер 162), заложена 26 июля 2013 г., передача флоту намечена на 2019 г.
  • Четвертая субмарина, К-571 “Красноярск” (заводской номер 163), заложена 27 июля 2014 г.
  • Пятая субмарина, К-564 “Архангельск” (заводской номер 164), заложена 19 марта 2015 г.
  • Шестая субмарина “Пермь” (тактический и заводской номер неизвестны 165 – ?), заложена 29 июля 2016 г.

В рамках Государственной программы вооружений до 2020 г. для ВМФ РФ предполагается построить шесть “Ясеней”. В 2017 г. ожидается закладка еще одного корабля – седьмой “Ясень” планируется передать флоту в 2023 г.

 

Источник: http://tass.ru/info/3496563

МОСКВА, 29 июля. /ТАСС/. Принципы и наработки, заложенные в основу многоцелевых атомных подлодок типа “Ясень”, будут использованы при проектировании субмарин следующего, пятого поколения, которые начнут строить после 2020 года. Об этом сообщил в интервью ТАСС гендиректор конструкторского бюро “Малахит”, разработавшего “Ясени”, Владимир Дорофеев. 

“При создании подлодок пятого поколения будут учтены результаты строительства, испытаний, опытной и штатной эксплуатации головной подлодки проекта 885 “Северодвинск”, – сказал собеседник агентства.

По его словам, концепция частичной модульности, универсализации задач “Ясеней” “показала свою полную жизнеспособность”. “Решения, заложенные в основу создания многоцелевых АПЛ российского флота, прошли проверку временем и будут реализованы при создании субмарин пятого поколения”, – заявил глава конструкторского бюро. Отвечая на вопрос о возможных сроках начала строительства первой подлодки нового поколения, Дорофеев сказал, что речь идет о корабле, который “будет заложен после 2020 года”.

Сейчас в строю находится только одна подводная лодка типа “Ясень” – “Северодвинск”. Следующие субмарины этого типа строятся по усовершенствованному проекту 885М. Первая из них, “Казань”, была заложена в 2009 году и пока не передана ВМФ России.

Год назад глава “Малахита” сообщал, что конструкторское бюро уже работает над проектом атомных подводных лодок нового поколения. Позднее стало известно, что речь идет о проекте “Хаски”. По оценке Объединенной судостроительной корпорации, формирование облика перспективных субмарин будет завершено в течение двух лет.

Источник: http://tass.ru/armiya-i-opk/3494614

(В работе)
Москва и Дели значительно продвинулись в вопросе лизинга второй атомной субмарины для ВМС Индии. Как стало известно “Ъ”, последние отказались от идеи с арендой новейшей российской многоцелевой подлодки проекта 885 “Ясень”. Индия готова взять на десять лет лодку из состава российского ВМФ, модернизировав корабль под свои требования и вооружив ПЛА сверхзвуковыми ракетами BrahMos.
Информация о перспективах военно-технического сотрудничества Москвы и Дели была опубликована на официальном стенде программы Make in India на международной выставке “Иннопром” в Екатеринбурге. Там, в частности, говорилось о планах индийских ВМС взять в лизинг “две атомные подлодки класса Akula-II с возможностью приобрести их после завершения срока лизинга” (цитата по “Интерфакс-АВН”). Представитель “Рособоронэкспорта” отметил, что сотрудничество России и Индии в сфере ВТС носит весьма плодотворный характер и имеет перспективы роста, однако комментировать эти данные отказался. Ранее высокопоставленные российские чиновники неоднократно отрицали не только какие-либо договоренности с Индией по аренде атомной субмарины, но и даже сам факт переговоров. В мае директор Федеральной службы по ВТС Александр Фомин прямо заявил: “Нет такого проекта”.

На самом деле переговоры о лизинге второй ПЛА с разной степенью интенсивности велись с 2012 года, когда ВМС Индии на десять лет стали обладателями субмарины проекта 971 “Щука-Б”, названной Chakra, утверждает топ-менеджер предприятия судостроительной промышленности. Несмотря на сложности (передача первой лодки была запланирована на 2007 год, однако из-за сложности модернизации и несчастного случая, приведшего к гибели 20 человек, акт приема-передачи стороны подписали лишь в декабре 2011 года), индийские моряки остались довольны полученным кораблем. В 2014 году министр обороны Индии Манохар Паррикар сообщил, что вторая подобная субмарина укрепила бы боевой ресурс индийских ВМС, но от более подробных комментариев отказался. Вопрос аренды Индией у России второй ПЛА поднимался в конце 2015 года во время визита премьера Индии Нарендры Моди в Москву, и хотя окончательных договоренностей достигнуто не было, стороны продолжили вести консультации на экспертном уровне.

Тем временем Индия начала присматриваться к многоцелевой субмарине проекта 885 “Ясень”. Но российские переговорщики на аренду новейшей лодки не пошли. Для этого были объективные причины: у ВМФ РФ на вооружении пока только одна субмарина такого типа, открывать доступ к технологиям ее производства было нецелесообразно (см. “Ъ” от 24 марта). Российское предложение заключалось в аренде субмарины именно 971-го проекта, говорит источник “Ъ” в сфере ВТС. Всего вариантов было два: либо изъять лодку из состава ВМФ РФ и модернизировать, либо достроить корпус, сохранившийся на Амурском судостроительном заводе еще с советских времен. Второй вариант оказался несостоятельным: готовность корпуса не превышала 50%, а срок годности атомного реактора истек (?): ее было бы целесообразнее утилизировать, нежели приводить в пригодное к эксплуатации состояние.

На данный момент все вопросы практически сняты, переговоры находятся в решающей стадии, утверждают два топ-менеджера судостроительной отрасли. “Индия согласилась арендовать подлодку 971-го проекта, которая будет изъята из состава ВМФ РФ”,— добавил один из собеседников “Ъ”. Ранее ТАСС сообщал, что речь идет о субмарине К-322 “Кашалот” (?) постройки 1998 года, входящей в состав Тихоокеанского флота. Собственные военные источники “Ъ” утверждают, что если выбор ВМС Индии будет сделан в ее пользу, то это никак не скажется на боеготовности ТОФ.

По данным “Ъ”, по требованию заказчика будет проведена серьезная модернизация подлодки, касающаяся не только адаптации системы управления под индийских моряков, но и вооружения. В частности, вместо ракетного комплекса Club-S, поставляемого в рамках экспортных контрактов, на субмарину будут установлены пусковые установки под сверхзвуковую противокорабельную ракету BrahMos (совместная разработка реутовского НПО машиностроения и Организации оборонных исследований и разработок по заказам Минобороны Индии).

Точные сроки подписания контракта пока неизвестны, однако чтобы привести российскую подлодку в соответствие с требованиями заказчика, потребуется не только сложная заводская работа, но и длительный цикл испытаний, по результатам которого сроки сдачи могут быть увеличены. Исходя из этого, при самом оптимистичном раскладе ВМС Индии смогут получить вторую ПЛА не ранее 2019-2020 годов.

Источник: “КоммерсантЪ”
Tagged with:  

(материал в работе)

Росатом поделился видео с процесса выгрузки ОЯТ из реакторов подводных лодок пр. 705. Вслед за выгрузкой в 2008-2012 году ОЯТ с двух аварийных лодок пришел черед и 4 лодок пр. 705 (“Лира”) со штатно заглушенными реакторами. Сюжет ниже (сюжет РосАтома) про окончание выгрузки с последней, 4 ПЛ, комментарии специалистов СевРАО, осуществлявшего операцию, там очень интересны.

 

Есть и более подробное видео, где рассказывается и иллюстрируется весь процесс (видео процесса РосАтома). Насколько можно понять, он проходил в два этапа – сначала реактор вынимали краном из отсека подводной лодки (лодки разделаны), ставили в стапель-саркофаг, переворачивали, снимали страховочный корпус и систему обогрева, разогревали (уже своими средствами, паром) до температуры плавления свинцово-висмутовой эвтектики и сливали теплоноситель. Дальше у реактора отрезалось днище, видимо снималалась нижняя решетка, удерживающая ТВС, и ТВС поднимались захватом в скафандр (см. видео). Скафандр переносился на судно – транспорт ОЯТ, и там ТВС выгружалась в пенал, в котором оно поедет на завод РТ-1 на ПО “Маяк”. Теплоноситель же, видимо, поедет на захоронение, как и остальные детали реактора.

 

Интересно, что ОЯТ в этих реакторах интерметаллидное (уран-бериллиевое), а в прошлом году Маяк рапортовал об освоении процесса переработки такого редкого композита.

 

Источник: http://tnenergy.livejournal.com/72497.html

Tagged with:  

(Материал в работе)

Принимать как истину не советую (см. вопросы в конце). Автор тот еще “эксперт”. Но кое-что интересное в этой статье есть:

В годовом отчете северодвинского филиала КБ «Рубин» — КБ «Рубин-Север» — содержится крайне любопытная информация, освежающая в памяти ноябрьские события прошлого года, которые вызвали бурное обсуждение не только в нашей стране.

Тогда выяснилось, что Россия полным ходом ведет разработку уникального оружия. Такого, которое способно гарантировано пробить громадную брешь в массированной обороне вероятно возможного противника (ВВП). То есть, это не просто асимметричный ответ на бездумное строительство ЕвроПРО, а решение, с лихвой перекрывающее и ПРО, и натовские батальоны в Польше и Прибалтике, и прочие «недружелюбные» по отношению к России действия.

Зачем в Северодвинске строят три атомных подводных лодки специального назначения? Согласно нынешнему отчету, в Северодвинске проводится ОКР по проекту номер 09853. Содержание данной работы не расшифровывается. Однако, судя по порядковому номеру проекта, который идет непосредственно за номерами проектов двух атомных подводных лодок специального назначения (ПЛА СН) 09851 «Хабаровск» и 09852 «Белгород», речь может идти о создании похожего по назначению атомохода.

«Белгород» и «Хабаровск» строятся на «Севмаше» в условиях строгой секретности. «Белгород» предполагается спустить на воду в следующем году, «Хабаровск» — в 2018 году. И, по поступающим скупым сведениям, можно предположить, что речь идет о создании в нашей стране ПЛА нового, пятого поколения (российские новейшие многоцелевые атомные подводные лодки типа «Ясень» и «Борей», а также их американские аналоги «Сивулф» и «Вирджиния» относятся к поколению номер четыре).

«Белгород» — исследовательская ПЛА с крайне широкими функциями. Есть основание предположить, что на ней будут «обкатывать» принципиально новое оружие. А затем оно, видимо, будет установлено и на «Хабаровске», и на новой лодке только что «всплывшего» в открытых источниках проекта 09853.

Но прежде, чем вести разговор о новом корабле, вернемся к той сенсации, что случилась в прошлом ноябре. Тогда во время совещания в Сочи по вопросам развития «оборонки», которое проводил президент Владимир Путин, два федеральных телеканала как бы по ошибке показали слайд с грифом «Совершенно секретно». В нем содержалась концепция и сроки реализации океанской многоцелевой ударной системы «Статус-6». «Засветили» и разработчика — ЦКБ «Рубин», и назначение системы. И она такова: «поражение важных объектов экономики противника в районе побережья и нанесение гарантированного неприемлемого ущерба территории страны путем создания зон обширного радиоактивного заражения, непригодных для осуществления в этих зонах военной, хозяйственно-экономической и иной деятельности в течение длительного времени».

При расшифровке скриншота Минобороны, угодившего на телеэкран, было установлено, что носителями нового оружия должны стать именно лодки «Белгород» и «Хабаровск», несмотря на то, что они пока как бы приписаны к Главному управлению глубоководных исследований (ГУГИ) Минобороны. ГУГИ к стратегическому оружию никакого отношения не имеет, а здесь речь идет о супероружии. О том, что на самом деле обе перспективные лодки должны будут войти в состав других структур ВМФ, свидетельствует масса косвенных свидетельств. Например, на закладке «Хабаровска» не присутствовал ни один представитель ГУГИ.

О тайном назначении лодок проектов 09851 и 09852 заговорили еще летом в 2015 года, когда главком ВМФ на форуме «Армия-2015» заявил, что в России уже строятся лодки пятого поколения. Поиски наиболее подходящих на эту роль и реализуемых кораблестроителями проектов и вывели на «Белгород» и «Хабаровск». Ну, а слайд МО, «случайно» угодивший на телеэкраны, подтвердил эти предположения.

По всей видимости, никакой случайности и оплошности в той «утечке информации» нет. Все продумано и сделано «на публику». Прежде всего, как представляется, на ту, что находится за океаном. Это сигнал, что Россия создает новый вид оружия сдерживания, наиболее скрытного, нейтрализация которого крайне маловероятна.

Вероятнее всего, что «рыцари плаща и кинжала» из Лэнгли к тому моменту уже имели общие представления о том, что в России активно разрабатывается «нечто крайне серьезное». При этом полагали, что это реанимация проекта торпеды Т-15, которая должна была доставлять к побережью США 100-мегатонный ядерный заряд.

Т-15 начали создавать в начале 60-х годов. Однако из-за отсутствия компактного ядерного реактора, который позволил бы обеспечить ход на нескольких сотен километров, проект закрыли. Электродвигатели на аккумуляторах позволяли доставлять 40-тонную махину длиной в 24 метра не далее чем на 30 километров. Тем самым подводная лодка, для выполнения боевого пуска должна была входить в зону массированной противолодочной обороны противника. Да и подрыв 100-мегатонного заряда на небольшом расстоянии от лодки сулил ей громадные неприятности.

По прошествии полувека проблема компактного ядерного реактора для двигательной установки сверхдальней торпеды была решена. Однако значительный прогресс за это время произошел не только в ядерной энергетике, но и в системах управления, и в электронных компонентах, и в материалах, и в прочих составных элементах торпедного оружия. Да и в стратегии и тактике ВМФ. Поэтому «Статус-6» — это абсолютно новая разработка, имеющая общего с Т-15 лишь рекордную дальность и мощность заряда.

Самое существенное отличие от нереализованного проекта «царь-торпеды» состоит в том, что данное оружие — не торпеда, а подводный робот -необитаемый подводный аппарат (НПА), обладающий компьютерным интеллектом и способный действовать самостоятельно на удалении в несколько тысяч километров от носителя. Т. е. от подводной лодки, его запустившей.

Сразу оговоримся: все технические параметры, которые мы будем приводить, основаны, разумеется, не на совершенно секретных документах КБ «Рубин». Они являются результатом расшифровки слайда Минобороны, анализа экспертов, как отечественных, так и зарубежных, учитывающего технические и технологические возможности ОПК России. А также анализа открытых документов, отражающих исполнение предприятиями НИР, ОКР и заказов на строительство подводных лодок, глубоководных аппаратов и входящих в их состав компонентов.

Даже эти неполные, но заслуживающие доверия данные дают впечатляющую картину того, какими возможностями обладает НПА, получивший название океанской многоцелевой системы «Статус-6».

Прежде всего, о мощности ядерного заряда. Тут самый широкий диапазон предположений — от 10 Мт до 100 Мт. Установить на НПА диаметром 1,6 м и длиной 24 м заряд, дело несложное. Но при этом все аналитики сходятся в том, что боеголовка может иметь кобальтовую секцию, что должно приводить к максимальному радиоактивному загрязнению громадной территории. Подсчитано, что при скорости ветра 26 км/ч долговременному заражению будет подвержен прямоугольник побережья размерами 1700×300 км. Собственно, оружие сдерживание и должно быть таким, мягко выражаясь, жестоким. Это гарантирует от попытки его использования, поскольку то же самое неизбежно «прилетит» и с другой стороны.

«Статус-6» способен уничтожать базы ВМС. Или авианосные ударные группы. США. Во время проведенных в 1946 году ВМС США испытаний «Перекресток» по подводному взрыву мощностью 23 кт в результате радиоактивного заражения был потерян совсем новый авианосец «Индепенденс», спущенный на воду в 1942 году. После четырех лет безуспешных попыток дезактивации он был затоплен. Боеголовка «Статуса-6» может содержать загрязняющих радиоактивных изотопов на несколько порядков больше.

В НПА  в качестве источника энергии для водометных движителей используется малогабаритный ядерный реактор на жидкометаллическом теплоносителе (1. Откуда информация?). Вырабатывая им мощность в 8 МВт позволяет НПА развивать максимальную скорость от 100 км/ч до 185 км/ч. При этом дальность, как у МБР — до 10 тыс. км. Кажущаяся фантастической скорость подводного хода тоже на сегодня вполне реальная. В конце 70-х годов у принятой на вооружение ВМФ РФ торпеды «Шквал» скорость достигала 375 км/ч. Правда, на «Шквале» реактивный двигатель.

Реактор на жидкометаллическом теплоносителе имеет два существенных достоинства по сравнению с традиционными для подводного флота водо-водяными. Во-первых, он обладает минимальным шумом (2. С чего бы это?) при высоком кпд. Во-вторых, имеет низкую удельную стоимость в расчете на киловатт мощности (3. Кто, как и где считал?). Подсчитано, что реактор для «Статуса-6» может стоить порядка 12 млн. долларов (4. Кто оценивал?).

При анализе прочности корпуса (5. Где и кто анализировал?) «Статуса-6» было установлено, что он имеет рабочую глубину порядка 1000 метров.

Что же касается малозаметности НПА для гидроакустической противолодочной системы США SOSSUS, то новый аппарат значительно тише, чем любая малошумная лодка. При этом предполагается, что на крейсерской скорости до 55 км/ч «Статус-6» можно будет обнаружить не дальше, чем на расстоянии в 2−3 км. В случае же обнаружения он с легкостью уйдет от любой торпеды противника на максимальной скорости. При этом выбор скоростного режима и маневрирование НПА будет осуществлять самостоятельно.

Шансы уничтожения «Статуса» у противника минимальные. Самая быстроходная торпеда США Mark 54 имеет скорость 74 км/ч. К тому же она неспособна погружаться на глубину в 1000 м, на которой будет идти к цели «Статус-6». А глубоководная евроторпеда MU90 Hard Kill, пущенная вдогон, на максимальной скорости в 90 км/ч способна пройти не более 10 км.

Оценивая возможности системы «Статус-6» (6. По каким данным, кто оценивал? Где?), следует учитывать, что это не просто очень «мускулистая» торпеда, но и робот, имеющий неплохие «мозги». В качестве оружия сдерживания, торпеда может прийти в точку назначения и залечь на дно, дожидаясь сигнала на подрыв боевой части. Сигнал, естественно, может подаваться по длинноволновому каналу, поскольку длинные волны проникают в толщу воды (7. Проникают, и что? На 1000 метров? Серьезно?). В этом случае мы будем иметь оружие сдерживания со стопроцентной гарантией срабатывания.

Вероятно, что «утечка информации» в ноябре прошлого года была строго дозированной. Ее объем и содержание предназначались для того, чтобы ВВП понял, что к России необходимо относиться с позиции разума, а не эмоций и амбиций. Круг задач у подводного робота может (и должен) быть несколько шире. Среди них, могут быть, например, разведывательные функции с возвращением дрона на материнскую лодку пятого поколения.

Отчет КБ «Рубин-Север» продемонстрировал, что носителями системы «Статус-6» в обозримом будущем будут уже не две, а три ПЛА СН пятого поколения.

 

По материалам: http://svpressa.ru/war21/article/152608/

12 апреля 2016 года исполнилось 46 лет со дня гибели атомной подводной лодки “К-8”. Это была первая крупная катастрофа в истории отечественного атомного флота. На фото К-8 в момент аварии. 

Screen Shot 2016-07-12 at 9.49.37 PM

 

Третья атомная подводная лодка (ПЛА) проекта 627 “К-8” была заложена 9 сентября 1957 года на Северном машиностроительном предприятии (СМП) в городе Северодвинске. Государственные испытания на ней завершились 31 декабря 1959 года. Подводная лодка вошла в состав Северного флота и в 1960 году перешла в военно-морскую базу в губе Западная Лица, где дислоцировалась отдельная бригада атомных подводных лодок. В 1960 – 1961 гг. ПЛА “К-8” отрабатывала задачи боевой подготовки в море, осваивала малоизвестные тактические приемы использования кораблей этого класса, участвовала в испытаниях отдельных видов вооружения и технических средств, планируемых в дальнейшем к использованию на серийных ПЛА.

Из-за недостаточной надежности новых высоконапряженных парогенераторов в этот период на ПЛА произошли две крупные радиационные аварии в связи, с чем в конце 1961 года подводная лодка была поставлена в текущий ремонт на СМП, где была произведена замена парогенераторов и активных зон ядерных реакторов. В 1964 – 1966 гг. подводная лодка интенсивно эксплуатировалась в море. В 1966 – 1968 гг. “К-8” вновь оказалась в текущем ремонте, связанном, в основном, с заменой парогенераторов, после чего возвратилась к новому месту своего базирования в поселке Островной (Гремиха). В 1969 г. “К-8” совершила поход на боевую службу. Следующий автономный поход, начатый 17 февраля 1970 г., оказался роковым.

В 22 часа 30 минут 8 апреля 1970 г. на 51-е сутки автономного плавания на глубине 120 метров практически одновременно в двух отсеках (третьем и седьмом) возник пожар. В седьмом отсеке, судя по интенсивности пожара, вероятно, горели патроны регенерации. Экипаж подводной лодки под командованием капитана 2 ранга В. Бессонова проявил мужество и героизм в борьбе за живучесть корабля. Достаточно упомянуть лишь два эпизода. Несмотря на бушующее пламя вблизи пульта управления ядерной энергетической установкой находящиеся в нем офицеры (В.Г. Хаславский, А.С. Чудинов, Г.В. Шостаковский, Г.Н. Чугунов) обеспечили полное “глушение” ядерных реакторов, предотвратив тем самым возможность развития радиационной катастрофы у берегов Западной Европы. Эти мужественные офицеры одними из первых погибли на боевом посту, до конца выполнив свой долг.

Корабельный врач капитан медицинской службы А. Соловей во время аварии отдал свой дыхательный аппарат главному старшине Ю. Ильченко, которому сделал полостную операцию по удалению аппендицита в Норвежском море. Старшина был спасен, а врач погиб.

В ночь с 10 на 11 апреля в район аварии прибыли три судна Морского флота СССР, но из-за разыгравшегося шторма взять подводную лодку на буксир не удалось. Часть личного состава ПЛА была переправлена на судно “Касимов”, а на борту “К-8” остались 22 человека во главе с командиром для продолжения борьбы за живучесть корабля. Но 12 апреля в 6 часов 13 минут в результате потери запаса плавучести и продольной остойчивости подводная лодка затонула на глубине 4680 метров в Бискайском заливе Атлантического океана. Погибли 52 члена экипажа.

Командиру подводной лодки “К-8” капитану 2 ранга Всеволоду Борисовичу Бессонову присвоено звание Героя Советского Союза (посмертно). Погибших подводников наградили орденами Красной Звезды. Оставшиеся в живых удостоены государственных наград. В пос. Островной (Гремиха) установлен памятник ПЛА “К-8” с именами всех погибших на ней подводников. Две улицы военного городка назвали именами командира Бессонова и капитана Соловья.

Ежегодно 12 апреля в пос. Островной у обелиска погибшим подводникам ПЛА “К-8” проводятся торжественные траурные мероприятия. В этот же день в 12.00 в Николо-Богоявленский Морской Собор города Санкт-Петербург, где открыта мемориальная доска в память погибших моряков-подводников “К-8”, приходят оставшиеся в живых члены экипажа, бывшие сослуживцы, вдовы и родственники погибших, чтобы помянуть тех, кто исполнил до конца свой долг перед Отечеством.

По материалам: www.flot.com

Tagged with:  

(Текст в доработке)

ПЛА БС-64 «Подмосковье»:

Атомная подводная лодка-носитель атомных глубоководных станций. По причине малой скорости хода станций, она доставляет их до места проведения специальной операции, после чего они отстыковываются и уходят на необходимую для их работы большую глубину (см. материал 75).

ПЛА БС-64 «Подмосковье» построена по проекту 667БДРМ (Delta — IV). Заложена в декабре 1982 года на Северодвинском «Севмаше», а спущена на воду в марте 1984 года и через два года принята в состав флота.

«Подмосковье» более десяти раз выполняла автономные походы с первым и вторым (по отдельности) экипажами. В 1999 году поступил приказ о переходе лодки в Северодвинск на средний ремонт, на переоборудование в носитель атомных глубоководных аппаратов по проекту 09787.

Во время переоборудования у подводной лодки вырезали ракетные отсеки и на их место поставили отсек с жилыми (научными) помещениями и оборудованием для стыковки атомных глубоководных станций. За счет вставки нового отсека длина подлодки возросла. Новый отсек позволяет подводной лодке совершать длительные переходы с носимой атомной глубоководной станцией, а также проводить операции по стыковке и отстыковке станции. Также в нем расположены комфортабельный отсек для экипажа гидронавтов станции и научно-исследовательская часть. Предположительно, помимо носимой АГС, на субмарине будет находиться автономный необитаемый аппарат «Клавесин-1Р». Он значится в планах закупок конструкторского бюро «Рубин».

По состоянию на 2015 год, лодку готовят к выводу из главного стапельного цеха предприятия с последующим спуском на воду для достроечных работ и швартовных, ходовых, государственных испытаний. Во время выходов в море на ходовые и государственные испытания «Подмосковье», предположительно, будет взаимодействовать с атомными глубоководными станциями проектов 1910 «Кашалот», 1851 «Палтус» и 10831 «Лошарик».

ПЛА “Оренбург”: К-129 или БС -129

Атомная подводная лодка-носитель атомных глубоководных станций. Атомный подводный крейсер К-129 был заложен в апреле 1979 года на Северодвинском машиностроительном предприятии по проекту 667БДР (Delta III), спущен на воду в апреле 1981 года, и в том же году вступил в строй.

За годы своей службы в качестве стратегического крейсера он успел попасть в аварийную ситуацию у берегов Земли Франца-Иосифа, где на глубине 97 метров столкнулся с льдом, после чего провалился на глубину почти двести метров. В результате столкновения были повреждены выдвижные устройства и помято их ограждение (рубка). Каждый год крейсер выходил на боевые службы с первым и вторым экипажами.

С августа по сентябрь 1985 года К-129 участвовал в большом арктическом походе вместе с подводной лодкой К-218 (проект 671РТМ). В районе Северного полюса субмарины всплыли в полынье, которую К-129 проделал двумя торпедами, после чего произвел пуск двух баллистических ракет. В 1989 году на подлодке произошла авария главной энергетической установки, в результате которой ее отправили в Северодвинск для восстановительного ремонта на предприятии «Звездочка».

Во время ремонта К-129 перевели в класс атомных подводных крейсеров специального назначения, после чего приступили к переоборудованию по проекту 09786 в носитель атомных глубоководных станций. На время ремонта у крейсера поменялся тактический номер, он стал КС-129. Во время переоборудования у подводной лодки вырезали ракетные отсеки и на их место поставили отсек с научными помещениями и оборудованием для стыковки и отстыковки атомных глубоководных станций.

Модернизация закончилась в декабре 2002 года. После чего у подводной лодки в очередной раз сменили тактический номер на БС-129 и добавили имя «Оренбург», которое перешло ей от предыдущего носителя глубоководных аппаратов.

С 2003 по 2007 года подлодка проходила швартовные, заводские, государственные и глубоководные испытания. Примерно в 2006 году произошло ее первое взаимодействие с новейшей (на то время) атомной глубоководной станцией проекта 10831 «Лошарик», который тоже проходил государственные испытания. БС-129 «Оренбург» также способна носить под собой атомные станции других проектов.

После доработок, произведенных по завершении испытаний в 2011 году, «Оренбург» был принят в состав флота. БС-129 находилась на предприятии «Звездочка», где проходила ее доработка. В 2012 году состоялось принятие ее в состав флота.

1544317_887946904601936_168827571787551027_n

В сентябре 2012 года появились первые качественные фотографии БС-129, сделанные во время исследовательской экспедиции «Арктика-2012». Главной целью похода была доставка атомной глубоководной станции АС-12 проекта 10831 «Лошарик» для сбора данных, которые будут предъявлены в комиссию ООН по морскому праву с заявкой на расширение подконтрольной России арктической зоны.

В течение 20 суток АС-12 осуществлял сбор породы и грунта на глубине 2500–3000 метров и доставлял их на БС-129. В экспедиции участвовал Архангельский ледокол «Диксон» и Мурманский «Капитан Драницын». На сегодняшний день подводная лодка проходит службу в составе Военно-морского флота и базируется в губе Оленьей.

Источник: “Военный обозреватель”

(Текст в работе)

В июне 2015 года одна из самых секретных американских субмарин стала музейным экспонатом, живой историей. На территории музея подводных лодок ВМС США, находящемся в городе Гротоне, штат Коннектикут, для нее была создана отдельная экспозиция. Адмирал Джон Гринер, который когда-то служил на этой подводной лодке, отметил на церемонии открытия, что для своего времени лодка была настоящим революционным прорывом и технологическим чудом. Несмотря на тот факт, что создавали ее для исследовательских целей, а укомплектована лодка была разнообразным научным оборудованием, она успела принять участие во многих операциях, которые проводились американским военным ведомством.

В октябре 1969 года в состав ВМС США была включена экспериментальная атомная подводная лодка NR-1, над созданием которой специалисты работали с начала 1960-х годов, работы эти велись в условиях строжайшей секретности. Водоизмещение подлодки было на порядок меньше (366 тонн), а глубина погружения наоборот, как минимум в два раза больше (более 900 метров), чем у боевых АПЛ того периода. Лодка изначально предназначалась для выполнения разнообразных исследовательских и подводно-технических работ в интересах американских военно-морских сил, а также разведывательных служб. Лодка была построена на верфях города Гротона компанией Electric Boat, подразделением General Dynamics — корпорации, которая уже больше века является основным предприятием по ВМС США, спуск субмарины на воду состоялся 25 января 1969 года (закладка — 1967 год).

Инициатором проекта по созданию подобной исследовательской атомной субмарины выступал известный американский адмирал Хайман Риковер, которого в США называют отцом атомного подводного флота страны. Секретность проекта на тот момент времени была так высока, что формально подлодку не вводили в строй и не присваивали ей никакого официального наименования. При этом со временем лодка получила прозвище Nerwin и служила флоту верой и правдой на протяжении практически 40 лет (до 2008 года). За это время подлодка успела принять участие в большом количестве уникальных подводных операций и помочь в решении специальных задач, большая часть из которых до сих пор засекречена. Любопытно, что адмирал Хайман Риковер вынашивал идею постройки целой серии небольших АПЛ, однако из-за бюджетных ограничений данным планам не суждено было сбыться.

NR-1. Американская атомная субмарина специального назначения

 

По архитектурно-конструктивному типу атомная подводная лодка NR-1 относилась к полуторакорпусным лодкам с булями. Цилиндрический прочный корпус субмарины, обладавший сферическими законцовками, был выполнен из стали марки HY-80 (56 кг/мм2). Для достижения максимальной прочности число отверстий в прочном корпусе лодки было спроектировано минимальным. По этой же причине практически все оборудование, в том числе телевизионный перископ и гребной электродвигатель, находились вне прочного корпуса и управлялись дистанционно.

Штатный экипаж NR-1 состоял из 11 операторов и двух наблюдателей. При этом подлодка всегда была основой специальной научно-исследовательской группы под названием «NR-1 deep submergence team», в которую входили 35 человек из состава ВМС США и еще 10 гражданских служащих. 13 из них находились на борту субмарины, включая трех из четырех офицеров данной группы. Четвертый офицер обычно располагался на судне обеспечения. Обычно лодка работал в паре с транспортным кораблем MV Carolyn Chouest, который был для субмарины опорной плавучей базой.

Являясь по своему предназначению геологическим и океанографическим кораблем, АПЛ NR-1 не несла на своем борту никакого вооружения. Оснащение подводной лодки составляли новейшая на тот момент времени электронная аппаратура и оборудование, предназначенное для проведения разнообразных подводных научных исследований. Новейшее гидроакустическое, навигационное и компьютерное оборудование, а также специальные рули и подруливающие устройства, находящиеся на носу и на корме подлодки, придавали ей необычайную для данного класса судов маневренность. Помимо всего прочего, субмарина обладала уникальной способностью буквально «зависать» над выбранной точкой морского дна, после чего длительное время находиться строго над ней, компенсируя снос течением работой имеющихся подруливающих устройств. Для выполнения работ непосредственно на грунте и вблизи него на подлодке подобно подводному аппарату имелись иллюминаторы, носовые и кормовые подруливающие устройства (по 4 штуки, расположенных в наклонных шахтах), манипулятор с захватными устройствами, который был в состоянии поднять со дна груз массой до 113 килограммов. В доковом киле лодки находились убирающиеся колеса, предназначенные для перемещения лодки по грунту, сбрасываемый твердый балласт массой порядка 10 тонн и иное вспомогательное оборудование. Благодаря наличию у лодки выдвижных колес, расположенных в нижней части корпуса, субмарина могла в буквальном смысле ездить по морскому дну, выполняя необходимые операции.

NR-1. Американская атомная субмарина специального назначения

 

Длина подводной лодки NR-1 между крайними точками корпуса составляла 44,4 метра (при этом прочный корпус субмарины обладал длиной 29,3 метра). Ширина корпуса подлодки была немногим меньше 4-х метров, а ее подводное водоизмещение доходило практически до 400 тонн. При этом подлодка NR-1 была самой небольшой атомной подводной лодкой, которая когда-либо состояла на вооружении военно-морских сил США.

В качестве силовой установки на лодке использовался ядерный водо-водяной реактор, который обеспечивал судну практически неограниченную автономность плавания, ограничением служил лишь запас провизии для экипажа из 13 человек. Установленный на лодке атомный реактор приводил в действие турбогенератор, который вырабатывал энергию для электромоторов, вращающих два винта подводной лодки. Стоит отметить, что все без исключения члены экипажа субмарины проходили специальное обучение, это было обусловлено спецификой несения службы на подводном корабле с ядерной энергетической установкой.

Прочный корпус субмарины позволял ей совершать погружения на глубину чуть более 900 метров, что было в 2-3 раза больше возможностей других подводных лодок тех лет. При этом на глубине лодка могла развить скорость хода до 3,5 узлов, а на поверхности — порядка 4,5 узлов. Принимая во внимание невысокие скоростные характеристики движения подводной лодки, чаще всего NR-1 доставляли в зону совершения погружения на буксире у надводного корабля обеспечения, который так же мог принимать участие в исследованиях, дополняя подлодку и предоставляя условия для пополнения запасов и отдыха экипажа лодки. Как уже отмечалось выше, подводная лодка трудилась в паре с судном MV Carolyn Chouest, которое не только обеспечивало буксировку, постановку на якорь, связь, но и помощь в научной работе. Данный корабль исполнял роль универсальной платформы, предназначенной для размещения на его борту дополнительного оборудования, вместе со своим экипажам он был неотъемлемой частью всей группы «NR-1 deep submergence team».

NR-1. Американская атомная субмарина специального назначения

 

Официально атомная подлодка NR-1 была предназначена для проведения различных океанографических и геологических работ на дне моря (оборудование и аппаратура субмарины позволяли ей фиксировать направления и скорость подводных течений, температуру, а также другие не менее важные физические свойства забортной воды). Помимо этого, в перечень задач лодки входила установка на дне разнообразного подводного оборудования не только научного, но и военного назначения. Наиболее важные работы, которые были выполнены американскими подводниками при помощи АПЛ NR-1 в годы «холодной войны», по-прежнему являются засекреченными. Несмотря на это можно сделать предположение, что лодка применялась для установки и осмотра стационарных гидроакустических систем, к которым относят системы типа SOSUS. Также она активно привлекалась для обследования и последующего поднятия на поверхность затонувших объектов как американских, так и советских. Известно и то, что в 1970 году данная лодка была привлечена к формированию Азорского акустического барьера.

Командование военно-морских сил США изначально планировало очень активно использовать лодку NR-1 для выполнения разного рода совершенно секретных миссий, к которым относят несанкционированное подключение к трансатлантическим подводным кабелям (для сбора секретной информации, представляющей ценность). Помимо этого, лодка участвовала в операциях по установке гидроакустических станций, в наблюдении за кораблями других стран, а также поиском и подъемом из глубины образцов затонувшей военной техники. Для того чтобы следить за наружной обстановкой субмарина имела 3 иллюминатора, а также подвижные и стационарные телекамеры. Помимо этого, подлодка была оснащена многоцелевыми манипуляторами, которые позволяли экипажу брать пробы грунты, воды, а также решать другие проблемы, не выходя наружу.

Режим секретности с операций, в которых в годы службы принимала участие атомная субмарина Nerwin, не был снят до сих пор, но известно, что экипаж подлодки точно принимал участие в подъеме истребителя F-14, который случайным образом упал за борт с палубы авианосца USS John F. Kennedy, данный инцидент произошел в 1976 году в Северном море. Помимо этого, подлодку NR-1 привлекали к поиску и подъему на поверхность обломков космического «челнока» Challenger, который взорвался во время старта с космодрома на мысе Канаверал в 1986 году. Также, благодаря способности оставаться под водой длительное время, подводная лодка являлась главным инструментом проведения глубоководного поиска. При этом лодка могла работать даже тогда, когда волнение моря и погода на поверхности в районе поиска заставляли все надводные корабли отправляться назад в порт.

NR-1. Американская атомная субмарина специального назначения

 

Приходилось атомной подводной лодке NR-1 принимать участие и в глубоководных экспедициях, направленных на поиск останков затонувших кораблей. К примеру, в 1995 году с ее непосредственным участием проводились глубоководные исследования корпуса британского пассажирского лайнера Britannic, который в годы Первой мировой войны был переоборудован под госпитальное судно, и в 1916 году затонул у берегов Греции, после подрыва на немецкой мине. А в 2002 году лодка обследовала останки «Монитора» и «Акрона» — одних из первых американских боевых кораблей.

Тактико-технические характеристики АПЛ NR-1:

Габаритные размеры: длина наибольшая — 44,4 м (прочный корпус — 29,3 м), ширина корпуса — 3,8 м.
Осадка — 4,6 м.
Водоизмещение: надводное — 366 тонн, подводное — 393 тонны.
Предельная глубина погружения — 914 м.
Скорость хода наибольшая: подводного — 3,5 узла, надводного — 4,5 узла.
Автономность плавания: номинальная — 16 суток, предельная — 25 суток.
Экипаж — 13 человек (3 офицера, 8 матросов, 2 ученых-наблюдателей).

Источники:
//otvaga2004.ru/atrina/atrina-histor/nr-1
//warspot.ru/3280-poslednyaya-missiya-sekretnoy-submariny
//bastion-karpenko.ru/nr-1_apl

 По материалам сайта: topwar.ru от 6 июня 2016 года 

(Текст в доработке)

Большая атомная подводная лодка специального назначения пр. 664

 

Вступление в строй первой советской атомной подводной лодки пр. 627 продемонстрировало большие преимущества, которые для решения самых разнообразных задач давало внедрение на ПЛ ядерной энергетики. В частности, это относилось к возможностям ведения минной войны на море, расширявшим зоны, скрытность и оперативность применения минного оружия в самых удаленных районах Мирового океана.

Нужно сказать, что в это время ЦКБ-16 Министерства судостроительной промышленности СССР разработало технический проект дизель-электрической транспортно-десантной подлодки-минзага пр. 648, предусматривавший возможность установки на такой ПЛ (пр. 648М) малогабаритной вспомогательной атомной энергетической установки (ВАУ). Поэтому при формировании кораблестроительной программы на семилетку (1959 – 1965 гг.), одновременно со строительством подводной лодки пр. 648, запланировали и разработку аналогичной ей по боевому предназначению ПЛА пр. 664. Правда, позднее постановлением ЦК КПСС и Совмина СССР от 21 июня 1961 г. работы по созданию дизельной субмарины пр. 648 были прекращены.

Учитывая предыдущие разработки, в августе 1959 г. Главное управление кораблестроения ВМФ направило в ЦКБ-16 на согласование проект тактико-технического задания на большую транспортную атомную подводную лодку – минный заградитель. Ее боевое предназначение практически было таким же, как и у дизель-электрической субмарины пр. 648: обеспечение подводных лодок, действующих на океанских и морских коммуникациях крылатыми ракетами и торпедами, горюче-смазочными материалами и иными средствами снабжения; гидросамолетов в море – авиационным топливом; транспортировка десантных подразделений со стрелковым вооружением и грузов в отдаленные районы или перевозка раненых; постановка минных заграждений.

Руководителем работ над пр. 664 в бюро был назначен главный конструктор Н.А. Киселев, занимавшийся и лодкой пр. 648, а ведущим конструктором – его однофамилец В.Н. Киселев, тоже работавший над данной тематикой. Группа Н.А. Киселева выполнила проработки по проекту ТТЗ за два месяца, и ее предложения еще четыре месяца рассматривались и согласовывались в различных инстанциях ВМФ, Сухопутных войск и ВВС, поскольку в них затрагивались интересы различных видов Вооруженных Сил. Наконец, 1 марта 1960 г. техническое задание на разработку ПЛА пр. 664 было утверждено Министром обороны.

Тем временем работа в ЦКБ-16 шла своим чередом, и в установленный срок, в сентябре того же года, эскизный проект нового корабля был представлен на рассмотрение и утверждение в Минсудпром и ВМФ. Он содержал четыре варианта, отличавшиеся друг от друга рядом конструктивных решений и расположением перевозимых грузов.

В первых трех вариантах прочный корпус лодки предлагалось выполнить в форме цилиндра, а в четвертом – в комбинации из трех сопряженных между собой и горизонтально расположенных цилиндров, так называемой “двойной восьмерки”, что значительно сокращало длину корабля, но увеличивало его ширину. Для транспортируемого вооружения в первом, втором и четвертом вариантах на ПЛА отводились два отсека, в третьем варианте – один отсек, что позволяло существенно уменьшить водоизмещение корабля за счет применения одной линии погрузки-выгрузки, но значительно увеличивало время перегрузки в море. Кроме того, в связи со сложностью транспортировки авиатоплива в межбортном пространстве, во втором варианте планировалось помещать его внутри прочного корпуса. При этом руководство бюро и главный конструктор предлагали дальнейшее проектирование вести по первому варианту, а также отказаться от требования по снабжению топливом гидросамолетов в море, поскольку такая операция могла осуществляться лишь с помощью вспомогательного самоходного плавсредства, разместить которое на лодке, и обеспечить его спуск на воду и подъем, было крайне сложно.

Совместным решением Минсудпрома и ВМФ от 26 ноября 1960 года был одобрен первый вариант эскизного проекта. Этим же документом бюро поручалось до февраля 1961 года выполнить “нулевой этап” технического проекта, чтобы окончательно оценить возможность реализации ряда высказанных по эскизному проекту замечаний. В представленных в феврале материалах было увеличено количество перевозимых крылатых ракет до 20 шт, торпед – до 80 шт., топлива на 650 т, численность транспортируемого десанта – до 350 человек, при автономности подводной лодки 30 суток, и до 500 человек при автономности 5 суток – заявленное в эскизном проекте водоизмещение практически не изменилось. Правда, пожелание флота о сокращении времени перегрузки ракет на боевые подлодки реализовать не удалось.

Screen Shot 2016-07-12 at 4.41.14 PM

 

Подготовленные материалы вновь рассматривались четыре месяца, и 3 июля 1961 года было принято очередное совместное решение, уточнявшее отдельные требования ТТЗ при разработке окончательного технического проекта корабля. Одновременно были определены дополнительные исполнители контрагентских работ, связанных с отработкой передачи топлива с подлодки на подлодку на ходу и, крылатых ракет с надводных кораблей на субмарину, а также проведение опытно-конструкторских работ по созданию действующего натурного стенда минно-сбрасывающего устройства. В результате к концу 1961 г. общая техническая готовность всех данных работ составила 60%.

В декабре того же года основные материалы технического проекта были готовы и согласованы с главным наблюдающим от 1 ЦНИИ МО. В своем заключении главный конструктор и руководство бюро, в частности, отмечали, что результаты разработки “не полностью соответствуют требованиям тактико-технического задания Министерства обороны”, и что отступления от них объясняются “результатом установки нового ГТЗА, принятием требований ВМФ о резервных средствах движения и прочих требований”, а также “уточнением состава и габаритных размеров оборудования в процессе его создания”. Конечно, совмещение выполнения одним кораблем транспортных, десантных и минно-заградительных задач без значительного увеличения его водоизмещения весьма усложняло проект и ухудшало некоторые характеристики ПЛА, уже утвержденные при рассмотрении эскизного проекта и “нулевого этапа”. Тем не менее в заключении говорилось, что “представленный проект транспортной ПЛ – минного заградителя с АЭУ пр. 664 удовлетворяет большинству требований ТТЗ, выданного Минобороны. Корабль, построенный по этому проекту, будет соответствовать заданному назначению и будет способен решать поставленные перед ним задачи”.

Решением от 19 апреля 1962 года технический пр. 664 был одобрен, но появились и новые замечания, которые проектанту следовало учесть до утверждения основных элементов атомной подводной лодки в Правительстве. Это потребовало определенной корректировки техпроекта, выполнив которую, ЦКБ в июле того же года представило все документы Госкомитету Совмина СССР по судостроению и Военно-Морскому Флоту.

Их утверждение соответствующим постановлением Совмин СССР состоялось лишь 24 декабря 1962 года. Однако, не дожидаясь его, на Северодвинский судостроительный завод № 402 бюро направило специальную группу технической помощи для подготовки производства, а также плазовую документацию. Нужно сказать, что корабль имел очень сложные обводы, а потому большую помощь в разбивке плаза корабля работникам завода оказывал ведущий специалист бюро по плазовой документации Н.Ф. Грачев. В том же году этот завод изготовил три натурных макета размещения оборудования в помещениях холодильных машин, саншлюзе и выдвижных устройств на верхней и средней палубах, которые были приняты комиссией из представителей проектанта, завода-строителя, 1 ЦНИИ МО, контрольно-приемного аппарата Главного управления кораблестроения ВМФ. Однако затем, ввиду отсутствия места, а также высокой стоимости работ, руководство завода предложило натурные макеты насыщения турбинного и турбогенераторного отсеков заменить на масштабные (в соотношении 1:5), и оформило решение, согласно которому изготовление первого поручалось мастерской ЦКБ-16, а второго – мастерской ЦНИИ-138.

С утверждением техпроекта график поставки рабочих чертежей предусматривал окончание выпуска рабочей документации в июне 1964 г., причем полностью обеспечить завод чертежами по корпусной части должны были до конца 1963 г., и в тот же срок выдано 75% чертежей по остальным частям корабля. Заметим, что к концу 1962 г. предприятия-контрагенты выполнили 20 работ, а в следующем году еще 61 работу. Был разбит плаз, отработана технологическая документация на корпусные работы и заказан металл для прочного и легкого корпуса ПЛА. Большая работа велась также по созданию нового комплектующего оборудования. Так, под руководством специалистов бюро продолжились отработки опытных тем, начатых еще под пр. 648 (устройства передачи топлива, а также испытания по перегрузке крылатых ракет и торпед на лодки в море и минно-сбрасывающего устройства – МСУ).

Для этого по чертежам ЦКБ-16 на северодвинском судостроительном заводе № 402 изготовили и поставили на мурманский судоремонтный завод №35 ВМФ изделия для переоборудования дизельной подлодки пр. 611 и дооборудования ПЛ пр. 613 устройствами передачи-приема топлива на ходу. Это оборудование смонтировали на выделенных лодках, и в конце 1964 года комиссия, назначенная приказом Командующего СФ, произвела испытания данной системы, в ходе которых осуществлялась передача дизельного топлива на ходу в надводном и подводном положениях с ПЛ Б-82 (пр. 611) на ПЛ С-346(пр. 613). По результатам испытаний в сложных погодных условиях зимнего Баренцева моря, комиссия в декабре подписала акт с рекомендациями о внедрении системы на транспортно-десантную ПЛА-минзаг пр. 664. Большой вклад в успешное завершение темы внес ее руководитель – ведущий специалист ЦКБ-16 Б.Н. Майзель.

Отработка конструкций по обеспечению передачи боезапаса в море первоначально планировалась путем переоборудования одного из эсминцев. Однако ССЗ № 402 представил обоснованную мотивировку своего отказа от выполнения данных работ. Тогда в 1964 году ее передали СРЗ-82 ВМФ, который занимался дооборудованием для этой цели серийной подводной лодки пр. 611, причем вместо эсминца для отработки устройств перегрузки боезапаса выделили транспорт вспомогательного флота “Хопер”. Этим заводом в следующем году на транспорте был установлен и сдан в эксплуатацию специальный, снабженный следящей за волной системой кран, изготовленный на Хабаровском машиностроительном заводе. Все работы по созданию этого оригинального и сложного механизма курировал ведущий конструктор ЦКБ-16 В.М. Ланговой.

Для отработки же конструкции минно-сбрасывающего устройства на ССЗ № 402 по чертежам бюро был изготовлен специальный натурный наземный стенд, правда, с опозданием от графика более чем на полгода. На нем в течение 1965 г. межведомственная комиссия, в состав которой входили и разработчики МСУ (начальник отдела ЦКБ-16 Н.П. Седунов и ведущий конструктор В.Г. Марков), провела обширные испытания, отсняв на пленку процесс выхода из трубы МСУ мин всех типов, предусмотренных спецификацией. Итоговый акт комиссии подтверждал полную работоспособность устройства и давал основание рекомендовать его установку на подводный минзаг.

Во второй половине 1964 года ЦКБ-16 приступило к разработке эксплуатационной документации – описаний и инструкций. Было завершено изготовление еще двух натурных и четырех масштабных макетов помещений ПЛА, продолжались работы по созданию нового оборудования. К сожалению, нарастало отставание: из намеченных по плану на 1964 год из 89 контрагентских работ было выполнено 63, а из запланированных 48 техусловий на поставку комплектующего оборудования и материалов утверждено 29. Отмечавшаяся выше большая сложность проекта, обусловленная его тройным назначением, задерживала и выпуск рабочих чертежей, что заняло весь 1964 год. Их объем был значителен, и всего выпустили 12913 рабочих чертежей и 36335 страниц текста спецификаций. Для сравнения стоит отметить, что это было примерно в 1,5 раза больше, чем при строительстве, например, ПЛА пр. 661 (см. материал …).

В это время ССЗ № 402 приступил к реализации весьма приоритетного плана строительства серии принципиально нового проекта атомных подводных лодок, вооруженных баллистическими ракетами. И начатые заводом обработка металла, и сварка секций прочного и легкого корпуса ПЛА пр 664, были внезапно прекращены, а в мае 1965 г. директор предприятия Е.П. Егоров обратился в Минсудпром с предложением о передаче строительства первой в мире ПЛА-минзага ленинградским заводам, обещая взамен построить две ПЛАРБ пр. 667А.

(Фото пр. 667А)

И хотя к этому времени данный завод уже выполнил на ПЛА пр. 664 (заводской заказ № 305) сварочные работы по формированию 600 т корпусных конструкций и обработал еще около 400 т металла, в июне произошло расторжение договора с поставщиками комплектующего оборудования и материалов для нее, а также с бюро-проектантом.

Руководство ЦКБ-16 обратилось с просьбами о пересмотре данного решения во все высокие московские инстанции, но не получило должной поддержки, так как на карте стояло “стратегическое равновесие” между СССР и США. Более года шла переписка и разбирательство. Бюро было вынуждено прекратить незавершенные опытные работы, но закончило разработку эксплуатационной документации. В конце концов, совместным решением ВМФ и МСП от 11 ноября 1966 г. работы по созданию большой атомной транспортно-десантной подводной лодки – минного заградителя пр. 664 были прекращены с целью освобождения мощностей предприятия для строительства ракетных подводных лодок. Коллектив Центрального проектного бюро “Волна” (такое имя получило ЦКБ-16 в 1966 г.) с большим сожалением воспринял прекращение работ по первой в мире транспортно-десантной ПЛА-минзагу, созданию которой, включая работы по пр. 632 и 632М, 648 и 648М, отдал восемь лет напряженного труда. Однако, как показало время, к теме подводных атомных транспортно-десантных ПЛА в нашей стране все же вернулись в процессе создания кораблей пр. 748 и 717, но это отдельный рассказ.

Большая атомная подводная лодка специального назначения пр. 664

 

Источники:
Гусев А. Подводные лодки специального назначения. СПб.: «Галерея Принт», 2002. С. 77-82
Ильин В., Колесников А. Большая транспортная ПЛА проекта 664. // Техника и Вооружение. 2000. №5-6. С.77-78.
Жарков В. Тюрин Б. Большая транспортная ПЛА-минзаг проекта 664. // Морской сборник. 1995. №7. С.66-69.
Ильин В., Колесников А. Подводные лодки России: Иллюстрированный справочник. М.: Астрель, 2002. С.274-275.
Широкорад А.Б. Советские подводные лодки послевоенной постройки М.: Арсенал-Пресс, 1997. С. 118-121.

По материалам сайта: topwar.ru от 16 мая 2016 года